Евгений Свинаренко - Учитель-психопат

— Я баловень судьбы! — ликовал Готов. — Играть так играть!

В третий раз на индикаторе высветилось «581», что означает — «неудача»… Следующие четыре попытки положительных результатов также не принесли.

— Спокойно, — обратился Готов к зевакам, — еще не все потеряно.

Он подошел к кассе и разменял 100 рублей. Вооружившись двадцатью монетами, Готов ринулся в «схватку» с алчной машиной.

Со временем настроение Готова падало. Удача словно отвернулась от него. Было, конечно, пару раз, когда монета просто возвращалась, но разве это выигрыш…

Зрители переживали за учителя. Казалось бы, подумаешь, 100 рублей проиграл, что такого… Но, тем не менее, видок игрока взывал к состраданию: лицо покрылось красными пятнами, скулы дрожали, глаза почти выкатывались из орбит.

Деньги кончились. Готов подбежал к продавщице и выложил на прилавок содержимое пакета (в том числе и ручку с общей тетрадью).

— Я возвращаю товар, верните деньги, — агрессивно сказал он.

— Мы не возвращаем, — ответила продавщица.

— Почему?

— Потому.

— Почему потому? Заберите свои паршивые сосиски! Мне деньги нужны!

— Все, я сказала! — отрезала продавщица.

— Ваш лохотрон у меня все средства к существованию сожрал. Это же грабеж средь бела дня. Мне отыграться надо.

— Ваши проблемы.

— Послушайте, мадама, зачем так говорить? Прошу, пожалуйста, как человека прошу, верните мне деньги.

Осознав, что «номер» не пройдет, Готов снял пальто и обратился к зевакам:

— Товарищи, господа, купите пальто. Устроим аукцион. Кто больше? А?

Игроман подходил к каждому и предлагал оценить пальто на ощупь. Люди отступали. Из кармана на мраморный пол упала затерявшаяся где-то в кармане монета, достоинством как раз 5 рублей.

— Бог меня услышал, — обрадовался Готов.

Он трижды подул на денежку, поцеловал и просунул в щель.

Мерцание циферблата остановилось на 279. Готов со всей силы ударил кулаком по автомату. Толпа расступилась. Учитель смотрел на машину стеклянными глазами. Он стал трясти автомат и рычать. Брюхо обдираловочного аппарата зазвенело «награбленным». Удар ребром ладони, и «лохотрон» пошатнулся…

Внезапно учителя крепко и больно взяли под руки. От неожиданности Готов вскрикнул. Два молодых милиционера-сержанта повели его к УАЗику с мигалкой. В голове учителя мелькнул кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя». Готов, вырываясь, закричал:

— А-а-а! Волки позорные! Не хочу!.. Не хочу!..

Взглянув на держащего левую руку рыжеволосого блюстителя порядка, учитель ухмыльнулся:

— Володенька… я ж тебя зубами загрызу.

Рыжий сержант толкнул Готова в спину, и тот влетел в открытые двери УАЗика.

В «обезьяннике» было светло. Дверь с большим окном из оргстекла захлопнулась за Готовым. На двух широких лавках сидело три человека. Двое молодых и один неопределенного возраста с монголоидными чертами лица. Страха Готов не ощущал, возмущение и злость были еще в силе. Он сел на лавку и снял шляпу.

— За что тебя, очкарик, — монголоид полулежал и перебирал зубами спичку.

Страх все еще не подступил, руки тряслись от возбуждения. Готов снял очки и прошипел:

— Ты, чурка с глазами… Ты за базар отвечаешь? Ты, может, под ханом Батыем ходишь? Что? А ты в курсе, что твой бригадир еще в 1255 году ласты завернул… Че пялишься?!

Все притихли. До Готова постепенно дошло, что палку он перегнул и сейчас потомок Чингисхана вцепится ему в горло. Мгновенно возник план отступления: метнуться к двери, стучать и орать со всей мочи «убивают!». Учитель напрягся, приготовился к прыжку, но неожиданно монголоид произнес примирительным голосом:

— Чего ты, братан, извини… я ведь не в том смысле… не знал… прости, брат.

В голове снова возник кадр, но уже из фильма «Брат».

— Не брат я тебе, гнида черножопая, — сказал Готов.

Монголоид опустил глаза.

Один из молодых людей подсел к учителю.

— Слушай, помоги… Я, похоже, здесь надолго. Передай записку, — он сунул Готову клочок бумаги, — менты звонить не дают… мать волнуется, наверно. Там адрес записан.

— Хорошо, передам, — пообещал Готов.

Третий задержанный вел себя беспокойно, по всей видимости, наркоман и у него начиналась ломка. Он периодически вскакивал, ходил по «обезьяннику», садился на корточки в угол, беспрестанно просил у всех закурить.

Спустя два часа милиционеры впихнули в «обезьянник» пьяного старика в длинном рваном пальто. Старик тяжело сопел и ругался.

— Дайте закурить, пацаны, — попросил он друзей по несчастью.