Иван Кузмичев - Сборник Поступь империи

Другому же моему соратнику боярину – Михаилу Лесному повторить финт своего друга не удалось. Подготовить личный состав ЦСБ в количестве трех сотен человек для пяти губерний – это вам не крепость взять, или на худой конец диких татар по степи гонять. Здесь толковый подход нужен, и база материальная, заметно страдающая из-за глубокого кризиса в экономике, преодолеть который в ближайшие несколько лет вряд ли получится. Даже с введением фискальной службы, отмены всех внутренних таможенных сборов и увеличением пошлин на границе в три раза. Мда, война здорово подорвала силы Руси-матушки, правда все еще не так плохо как могло бы показаться в начале, потенциал у нас будь здоров!

-Продолжать осаду необходимо, иначе все потери окажутся напрасными, а шведы получат богатый порт обратно, Россия же лишится больших барышей из-за возможных таможенных пошлин,– ответил князь Шереметьев.

-Я тоже так считаю, ваше величество, только можно еще раз послать к городу парламентера,– сказал полковник Ложков, молодой инженер, недавно прибывший из-за границы после обучения в Голландии фортификационному делу.– Но перед этим дня три усиленно бомбардировать не весь город, а его жилые кварталы…

-Да что ты такое говоришь, Егор, совсем совесть потерял!?– взвился на дыбы Кузьма, с негодованием глядя на тридцатилетнего полковника.

-А что такого? Вполне обычная практика в Европе… сам читал про зверства англичан против своих же… шотландцев, ирландцев,– усмехнулся полковник.

-Так то англичане…– пренебрежительно протянул Кузьма.– Мы то русские, не звери же какие-нибудь.

-Ты это казачкам Скоропадского скажи,– подал голос Аникита Репнин.

-А что такое?– спрашиваю его.– Вроде бы все под Мироновым ходят, откуда тут Скоропадский выискался?

-Так есть тут казачки из ряда самых умных. Был тут пару дней назад случай с участием этих вот самых умных. Провиант с фуражом уже заготовили, приказ о том, чтобы зазря людишек не трогать и не стращать тоже до всех доводился, а эти … сучьи дети решили в деревеньку заглянуть, развлечься. Вот и развлеклись: трех стариков на воротах повесили, паре баб животы вспороли…

-Где они?– желваки на скулах выпирают так, словно сейчас кожа лопнет. Чего-чего а такого я не потерплю, и дело не в том, что умерли невинные люди, на войне всякое в горячке боя может случиться, но ведь приказ то был!

-Под арестом, ждут решения атамана.

-Много этих архаровцев?– спрашиваю генерал-майора.

-Кого?– не понимает он.

-Сколько виновных?

-Шестеро.

-Что ж, видимо сама судьба велит сделать перерыв, пора подышать воздухом,– встаю из-за стола и выхожу на улицу, где вечерние сумерки только-только начинаются. Однако не успел сделать и пары шагов как справа раздался залп фузей, быстрым шагом направляюсь в ту сторону: шесть столбов стоят рядом друг с другом, на них бессильно висят шесть тел, заливая своей кровью свежесрубленные березовые стволы. Дюжина стрелков убирает фузеи…

-Кажется, приказа отдавать не нужно,– хмуро бросил фельдмаршал позади меня.

-Да, атаман Миронов знает, как наказывать за столь серьезный проступок.

Лучи солнца играют на алых каплях, словно на рубинах, рядом с телами никого нет, только я стою невдалеке, да пара молодых казаков со слезами на глазах смотрят на привязанные к столбам тела. У одного из них из прокушенной губы сочится кровавая дорожка, сбегающая по подбородку вниз, капая на чернозем.

Никто не слышит, как эти двое шепчут одно единственное слово: «Батька…»

После замечательной победы под Полтавой в мире сильно поменялась расстановка сил. И особо заметно это стало на востоке Европы, а так же на юге Русского царства. Благодаря усилиям, сначала Петра Толстого, а потом и его приемника, Петра Шафирова конфликты с Османской империей удавалось сглаживать, подкупая, льстя, заключая тайные союзы, но ничто не вечно, а мир с турками тем более. Эту простую истину государь всея Руси понимал лучше всех, благо, что опыт истории позволял в этом убедиться.

Именно для того, чтобы отсрочить неизбежную войну с Османской империей по весне в Царьград отбыл специальный гонец его величества с тайным посланием Петру Шафирову. Но это была только полумера. Конфликт мог быть решен только после кровопролития. Слишком часто звучало слово «война» на обоих берегах Дарданелл.

Поэтому еще в апреле этого года, после разделения губерний и перетасовки начальников оных, в Астраханскую губернию был посажен старший сын Матвея Васильевича Апраксина – Петр, бывший с 1708 года Казанским губернатором. Однако в силу своих качеств его пришлось заменить на Салтыкова, более хитрого и в чем-то даже либерального управленца. Дело в том, что нрав исламских подданных царя, преимущественно населяющих казанскую губернию, требует более мягкого подхода, нежели тот которым оперирует Петр Матвеевич Апраксин.