Патрик Нит - Новоорлеанский блюз

— Давай займемся делом. Через двадцать минут начинается посадка на мой рейс.

— Уже через двадцать минут?

— Такая жизнь привычна для ведущих деятелей мировой археологии, — сухо произнесла Бунми. Она развернула документы и протянула Сильвии ручку. — Ты должна подписать расписку и доставить этот артефакт доктору Мосо в университет Куинстауна. Я не знаю, что они намерены с ним делать. Возможно, захотят переправить его с тобой в Зиминдо. Спасибо тебе за услугу; ты сохраняешь мое время и избавляешь мою кафедру от расходов на авиабилет.

— А что это? — спросила Сильвия, выводя подпись на расписке.

— О чем ты?

— Об артефакте. Что это?

— Так что же, твой друг закулу не посвятил тебя в это дело? — На лице Бунми было неподдельное удивление; она снова потянулась к пачке сигарет. — Можно?

— Конечно, можно.

— Так он ничего не сказал тебе?

Сильвия покачала головой. Она чувствовала себя полной идиоткой.

— Может быть, Джим знает.

— Это традиционное замбавийское головное украшение из провинции Зиминдо, — сказала Бунми. — Мы брали его в Северо-Западный университет для определения возраста. Мы полагали… Я полагала, что его можно отнести примерно к тысяча восьмисотому году. И эта находка, как мне казалось, могла подтвердить теорию, над которой я работаю. Она касается доколониальных торговых путей, проходящих через области, расположенные ниже пустыни Сахара.

— И она действительно подтверждает?

— Нет, — Бунми покачала головой. — Судя по исследованиям, мы имеем дело с предметом, изготовленным в начале тысяча девятьсот двадцатых годов.

— И что?

Бунми с грустью выдохнула сигаретный дым.

— А то, что я не понимаю, как могла оказаться такой дурой? Из этого не получается истории. Два года работы коту под хвост.

Сильвия пристально посмотрела на кузину. Она не понимала сути, но ей было ясно, что с ней обращаются как с недоумком.

— А из чего получается история? — спросила она. — Кто сказал, что твоя теория ошибочна? Кто может утверждать, что там не окажется другого головного украшения? Правда не доказывает ничего, кроме самой себя. А истории-то о людях.

Слушая ее, Бунми качала головой. Потом посмотрела на Сильвию, и лицо ее чуть прояснилось.

— И я так думаю, — сказала она. — И все-таки интересно, с какого момента археологи начинают превращать факты в интересные истории? — Она рассмеялась, Сильвия хотела поддержать ее, однако не могла понять причину, вызвавшую смех кузины. Наверняка это была какая-то специальная шутка археологов.

Бунми встала, Сильвия встала вслед за ней.

— Ну, я пошла, — тихо произнесла Бунми и, кивнув на коробку, похожую на холодильник, добавила: — Прошу тебя, приглядывай за ней, ладно?

— Конечно.

Сестры как-то неловко посмотрели друг на друга; обе не знали, как и чем завершить эту первую встречу. Бунми протянула руку, а Сильвия, нагнувшись над столом, подставила губы для поцелуя, вот тем и завершилось это неуклюжее прощание.

— Не пропадай, — сказала Бунми, закинула рюкзачок на плечо и направилась прочь.

— Конечно, ты тоже.

— Кстати, а зачем ты едешь в Замбави?

Сильвия пожала плечами.

— Я еду туда со своим бойфрендом. Мы решили навестить того самого закулу. Кто знает, может, мы отыщем и другие семейные корни.

Бунми на мгновение замерла. Ее лицо чуть сморщилось, словно висящая на веревке простыня под легким дуновением ветра, никто не заметил бы этого, кроме человека, принадлежащего к той же семье. Через мгновение ее лицо снова стало спокойным. Может, даже чуть более озорным и насмешливым.

— В Зиминдо, — сказала она, — я знаю местного вождя. Отличный парень. Его зовут Тонго. На всякий случай остерегайся его жены. Она закоренелая традиционалистка. Кстати, как твой замба?

— Ни одного слова.

Бунми сложила ладони вместе и подняла пальцы вверх.

— Когда встретишься с ней, сделай руки вот так и скажи: «Урибо хооре». Это приветствие. Она будет поражена.

— Урибо хооре?

— Именно так. Урибо хооре. А Тонго скажи, что это я тебя научила.

Послав Сильвии прощальную улыбку, Бунми направилась к стойке паспортного контроля.

Оставшись одна, Сильвия села и несколько раз повторила только что услышанную фразу, стараясь закрепить ее в памяти. Она снова закурила, и в этот момент по внутреннему радио прозвучало: «Объявляется посадка на рейс 212 компании „Британские авиалинии“ в Куинстаун. Пассажиров просят пройти в накопитель Г-23». Она огляделась вокруг, надеясь увидеть Джима, но его все еще не было видно. Сильвия положила в карман оставленные Бунми документы и зажала ногами стоящий на полу ящик. На крышке ящика была наклейка с надписью «Доктор Джошуа Мосо. Университет Куинтауна», обрамленная со всех сторон яркими ярлычками, предупреждающими: «Осторожно! Хрупкий груз!» Сильвия не могла сдержать любопытства: она открыла защелки, установленные по краям ящика, откинула крышку и украдкой, словно контрабандист, желающий проверить целостность своего товара, заглянула внутрь.