Кадзуо Исигуро - Безутешные

– Я вас побеспокоил, – продолжил я. – Прошу прощения.

Хоффман растерянно огляделся, но потом, казалось, взял себя в руки.

– Мистер Райдер, – произнес он с улыбкой. – Как вы себя чувствуете? Надеюсь, вас все устраивает?

– Мистер Хоффман, возникла одна крайне срочная надобность. Мне сейчас требуется машина, чтобы как можно скорее добраться до места назначения. Нельзя ли устроить это немедленно?

– Машина, мистер Райдер? Сейчас?

– Дело не терпит отлагательства. Разумеется, я намерен быстро вернуться, чтобы иметь запас времени Для выполнения всех своих обязательств.

– Да-да, конечно, – Хоффман выглядел слегка озабоченно. – Организовать машину ничего не стоит. Разумеется, мистер Райдер, в обычных обстоятельствах я обеспечил бы вас и водителем или сам с удовольствием сел бы за баранку. Но, к несчастью, весь персонал сейчас по горло загружен работой. Что до меня самого, то, помимо множества хлопот, мне предстоит отрепетировать несколько скромных строк – ха-ха! Вы ведь знаете, я тоже произнесу этим вечером речь. Совсем незамысловатую, в отличие от вашей собственной и от выступления нашего мистера Бродского, который, кстати, немного запаздывает, но я все же должен подготовиться как можно лучше. Да-да, мистер Бродский в самом деле немного задерживается, но беспокоиться не о чем. Собственно, я в этой уборной шлифовал свою речь. Отличная уборная, очень удобная. Я совершенно уверен: он появится с минуты на минуту. Как вам известно, мистер Райдер, я был свидетелем… э-э… выздоровления мистера Бродского, и наблюдать это было весьма отрадно. Какая целеустремленность, какое достоинство! Поэтому сегодня, в этот решающий вечер, у меня нет и тени сомнения. Да-да, ни тени! Конечно, рецидив на данном этапе просто немыслим. Это стало бы несчастьем для всего города! И, само собой, для меня. Не осудите меня за суетность, если я скажу, что для меня самого срыв на этом этапе, в главнейший из вечеров, означал бы полный крах. Ожидая триумфа, я встретил бы свой конец. Унизительный конец! Я не смог бы больше смотреть в лицо никому из горожан. Мне пришлось бы спрятаться. Ха! Но с какой стати я сочиняю такой невероятный сценарий? Я ни минуты не сомневаюсь в мистере Бродском. Он придет.

– Да, я тоже в нем уверен, мистер Хоффман. Не сомневаюсь, весь сегодняшний вечер пройдет с огромным успехом…

– Да-да, знаю! – крикнул он нетерпеливо. – Мне не нужно, чтобы меня успокаивали! Я не завел бы этот разговор вообще, потому что до начала еще более чем достаточно времени, я бы не завел этот разговор, если бы… если бы не более ранние события.

– События?

– Ну да. Ах, вы ничего о них не слышали. Откуда вы могли слышать? Ничего особенно серьезного, сэр. Сегодня вечером вышло так, что в результате, несколько часов назад я оставил мистера Бродского наедине с небольшим стаканчиком виски. Нет-нет, сэр! Вижу, о чем вы подумали. Нет-нет! Он спросил совета у меня. После некоторого размышления я пошел на уступки, поскольку счел, что в данных особых обстоятельствах маленький стаканчик не повредит. Я решил, что так будет лучше, сэр. Возможно, я был не прав – посмотрим. Сам я так не думаю. Разумеется, если я совершил промах, весь вечер – ха! – будет катастрофой с начала и до конца! До последнего дня мне придется прятаться. Дело в том, сэр, что дела очень запутались и я был вынужден принять решение. В любом случае, развязка такова: я оставил мистера Бродского у него дома наедине со стаканчиком виски. Я уверен, что он ограничится этой порцией. Теперь меня беспокоит только одна мысль: нужно было, наверное, что-то сделать с этим буфетом. Но, опять же, я убежден, что был более чем осторожен. В конце концов, мистер Бродский достиг таких успехов, что заслуживает полного, абсолютного доверия. – Говоря, он теребил свой галстук-бабочку, а теперь отвернулся к зеркалу, чтобы его поправить.

– Мистер Хоффман, – проговорил я, – что именно произошло? Если что-то случилось с мистером Бродским или вмешались еще какие-нибудь события, меняющие общую картину, я, разумеется, должен сразу об этом узнать. Уверен, вы со мной согласитесь, мистер Хоффман.

Управляющий слегка хохотнул:

– Мистер Райдер, вы меня поняли совершенно превратно. У вас нет ни малейших причин волноваться. Посмотрите на меня: разве я волнуюсь? Нет. Моя репутация целиком и полностью зависит от этого вечера, но все же я спокоен и уверен в себе. Повторяю, сэр, вам тревожиться не о чем.

– Мистер Хоффман, что вы имели в виду, когда упомянули буфет?