Станислав Бах - Гонки на черепахах

Загулов позвонил Марине и попросил встретиться с ним в парке..

– Не нравится мне твой голос, – сказала Марина, устроившись рядом с ним на скамейке. – Похоже, от начальства влетело. Попал под раздачу или дров наломал?

– Не надо меня жалеть. Лучше скажи, как найти того, кого не найти.

– Думаю, надо искать, пока не найдешь.

– Отличная мысль.

– Ты хоть расскажи, что о нем известно.

– Хорошо, слушай. По образованию – математик, по профессии – программист. Несколько лет назад уволился из престижной фирмы, плюнул на карьеру, на высокую зарплату и занялся джип-турами. С одной стороны – свой бизнес, но доходность – кот наплакал. В тридцать лет занялся спортом – гонками по бездорожью, и довольно успешно. В армии не служил, лейтенант запаса, ракетчик. Среди друзей – сплошь штатские. При этом в доме и в лесу обнаружены профессиональные регистраторы. За две минуты до нашего визита он со своей подругой спокойно уезжает через заранее подпиленный забор. Шлет своему штурману сообщение о встрече, на которую оба не приезжают. Телефоны всех троих больше не включаются. Дома никто из них не появляется. Друзья, родственники ничего не знают. Машины тоже не найти. Все.

– Лег на дно. Рванул в другой город к дальнему родственнику, к случайному знакомому, на какую-нибудь турбазу без регистрации. Ты же сам все варианты знаешь.

– Да. По-твоему, он сможет полгода сидеть у родственника в погребе?

– Вряд ли.

– По-моему, тоже. Он будет выяснять источник угрозы и защищаться. А для этого нужна связь. Какие могут быть варианты?

– Самое простое – чужой мобильный. Только после этого надо сматываться, потому что никогда не знаешь, засекли тебя или нет. Стационарный телефон – то же самое. Лучше всего – спутниковый.

– Но мы же не можем все спутниковые телефоны прослушивать.

– Нет, но во-первых, можно его вычислить по статистике. Скачок активности после бегства. Но гарантии нет, у спутниковых телефонов часто бывает рваная статистика. Таких номеров может быть сотня.

– А во-вторых?

– Во-вторых – не тот случай.

– Что значит «не тот случай»?

– Есть такая кагэбэшная программа… Называется «Тензор». Знаешь, спроси лучше у Штейна, он в этом – профи, должен знать. Только не по телефону.

– Понятно. А со статистикой поможешь?

– Это без проблем, – ответила Марина.

Загулов направился в управление. Штейн был еще на работе. Плохо побритый, в заляпанных чем-то джинсах, он никак не походит на штатного сотрудника Министерства внутренних дел. Скорее – на легализовавшегося хакера, что, впрочем, было недалеко от истины.

– Не знаю, имеешь ли ты право об этом знать, скорее всего – да. Но я точно не имею права тебе об этом рассказывать, – ответил Штейн и жестом показал на окно.

– Жаль, ну ладно, забудь, – сказал Загулов, вышел в коридор и направился к лифту. Оказавшись на улице, он разыскал на стоянке машину Штейна. Через пять минут подошел и хозяин.

– Я тебе расскажу только то, что ты можешь и сам найти в Интернете. Правда, придется хорошо пошарить. Тензор – программа анализа и идентификации голоса. Создана в Гос-Безе лет пять назад. Основная цель – борьба с терроризмом, но используется и в других случаях.

– А можешь поподробней?

– Физический анализ голоса – определение возраста и пола. Эмоциональный анализ – эмоциональное состояние говорящего.

– Зачем?

– В этих программах сложные алгоритмы, но работают они быстро. На основании полученных данных определяется уровень приоритета для лексического анализа.

– Лексического? – переспросил майор.

– Да. Это – поиск слов типа «бомба», «детонатор» и им подобных, со всеми жаргонными вариантами и заменителями на всех языках мира.

– Так уж и на всех? – усомнился Загулов.

– Ну, почти на всех. Собственно, на само слово «бомба» можно и не реагировать, террористы его не произносят. Вообще в разговорах слова применяются во всех смыслах, кроме основного. Вот тут объем работы колоссальный. Поэтому устанавливаются приоритеты, кого анализировать на текст, кого нет, а кого анализировать тщательно. Молодой мужчина – один приоритет, ребенок – другой. Так же и по настроению: беспечный или тревожный, если страх, то – особое внимание.

– Понятно.

– И еще одно – идентификация голоса, – продолжал Штейн.

– Вот это – то, что мне нужно!

– Да, только таких желающих пруд пруди, а компьютер размером со спортзал не справляется. Сразу скажу, у меня друзей много, но тут я – пас. Проси шефа. Правда, я думаю, что и ему туда не пробиться.