Евгений Гуляковский - Сборник

Лишь через секунду все это рухнуло на пол беспорядочной грудой. И почти сразу же съемочная камера отключилась.

– Что вы на это скажете?

– Прежде чем устанавливать у меня в институте подобную аппаратуру, вы обязаны были зарегистрировать ее и получить мое согласие. Эта съемка незаконна и, следовательно, не может быть использована как доказательство на судебном процессе.

– Никакого процесса и не будет. После начала захвата здесь объявят военное положение. Его законы предоставят в мое распоряжение особые полномочия. Будьте уверены, я сумею ими воспользоваться. Если, конечно, мы не договоримся о сотрудничестве. Подумайте об этом на досуге.

Знакомый голос шептал в голове Мартисона неуловимо странные слова… Он лежал на тюремной койке в одиночной камере. Время в одиночке тянется бесконечно. Явь плавно переходит в сон, переливается обратно… Где-то на грани сна и яви возник этот шепот, похожий на шелест трав.

Несколько минут он пытался вспомнить хотя бы одно слово, но ничего не осталось в памяти, кроме самого звука. Впрочем, и звука никакого не было. Шелестели в сознании тени каких-то слов и уходили без следа, не в силах пробиться на грань понимания.

– Лила? – спросил он просто так, на всякий случай, потому что сам звук этого имени был ему приятен.

И шепот ответил:

– Наконец-то ты вспомнил, как меня зовут…

– Я не забывал о тебе. Я хотел прорваться через барьер еще раз, но ничего не вышло.

– Я знаю. Теперь, когда ты назвал мое имя, я могу с тобой хотя бы говорить.

– Хорошо. Поговори со мной, пока я сплю.

– Ты не спишь.

– В самом деле? – Он встал и прошелся по камере. Четыре шага от двери до стены с зарешеченным окном – четыре шага туда, четыре шага обратно. – Ты все еще слышишь меня, Лила?

– Я слышу. Каждый раз, когда ты вслух назовешь мое имя, мы сможем разговаривать.

– Ты можешь видеть меня?

– Нет. Я даже не знаю, в каком месте ты находишься. Но преподобному известно все, что с тобой произошло, и случайно я узнала, что человек, которого зовут Грумед, хочет тебя убить. Тогда я постаралась пробиться к тебе хотя бы во сне, и наконец ты ответил…

– Убить? Зачем ему меня убивать?

– Ты можешь помешать захвату. Машина, которую ты сделал, позволяет вступать с нами в контакт, и они этого очень боятся.

– Но при чем здесь Грумед? Разве он имеет отношение к захвату?

– Он ваш враг. Ты не знал этого?

– Грумед должен был бороться с захватом… А ты не ошибаешься?

– Преподобный никогда не ошибается. Я слышала, как Грумед разговаривает с ракшасами, они разрушают один из ваших миров, находящийся в другом месте. Не помню, как он назывался.

– Земля?

– Да, кажется, так. Что ты собираешься делать?

– Еще не знаю. Мне надо подумать.

– Я могла бы помочь тебе…

– Помочь? Мы даже разговариваем с трудом. Что ты можешь сделать?

– О! Очень многое! Не забывай, что все предметы вашего мира сначала проходят через наш… Вдруг его осенило.

– Ты можешь свободно менять их местами?

– Конечно. И не только это. Именно так и воздействуют на ваши миры те, кто руководит захватом. Они договорились с ракшасами, и я хорошо знаю, как они это делают. Вот только назначение большинства предметов в вашем мире для меня непонятно. Но если ты скажешь, что я должна делать…

– А почему вообще ты решила мне помочь?

– Не догадываешься? Мы обменялись с тобой противоположными энергиями. По законам нашего мира я обязана теперь тебя опекать. Это и есть договор, или союз, как это называется у вас. Он сохраняет силу до самой твоей смерти. Кроме того, ты мне понравился. Я ведь сама тебя выбрала, никто меня не заставлял. Путники из внешнего мира появляются у нас так редко… Некоторые ждут своего избранника по нескольку тысяч лет, так что мне еще повезло…

Ему не очень понравилось ее признание, но он не стал ничего уточнять.

После скудного ужина его вновь вызвали на допрос. Грумед на этот раз выглядел озабоченным и почти не скрывал раздражения. Что-то у него явно не ладилось в хорошо продуманной операции с арестом Мартисона. Он даже не счел нужным скрывать причины своего настроения.

– Не ожидал, что из-за вашего исчезновения поднимется такой шум. Мне приходится выдерживать очень серьезное давление не только со стороны правительства Таиры. Даже Земля вмешалась… Несмотря на захват, они сумели отправить специальный корабль. От меня требуют, чтобы я немедленно нашел похитителей. – Он нехорошо усмехнулся. – Так что к моменту прибытия специальной земной группы, которая должна помочь в ваших розысках, мне придется прятать все концы этого дела. Очень вы всем нужны, Эдмунд Юргович. И, кажется, я догадываюсь почему…