Утром 10 июня 1980 года простились с родными и Друзьями и сели в Ил-62М.
Хотя врачи и запретили мне полет, я перенес его легче, чем иной день на работе. Полет до Вашингтона производится в два этапа. Первый — до канадского аэропорта Гандер на острове Ньюфаундленд. От аэропорта Шереметьево полет до него занимает примерно 6,5 часа.
В Гандере экипаж сменился.
В канадском аэропорту нас встретил президент Ньюфаундлендской компании (по сервису пролетающих самолетов) мистер Лестер — огромный, невозмутимый человек. С ним рядом начальник порта, 62-летний, седовласый, еще летающий пилот. Он сказал, что имеет несколько сыновей и восемь внуков, но еще никто из них пока что не проявляет желания учиться летать. Тут же представитель Аэрофлота в Гандере.
Втроем они показали нам изумительный авиационный музей в миниатюре — здесь сотни моделей самолетов с момента зарождения авиации в Европе и Америке. Но русских нет. Они просят помочь в приобретении чертежей, по которым специальная фирма построит модели самолетов.
Затем нас пригласили на завтрак.
Пришла пора возвращаться в самолет.
Ил-62М круто набирает высоту. На северо-востоке простирается полуостров Лабрадор.
Вспомнилось, как поздней осенью 1941 года при перелете на четырехмоторной лодке «Бристоль» из Филадельфии (США) в Дублин (Ирландия) нас повернули из Атлантики в Ньюфаундленд из-за того, что над океаном появились Ю-88 — охотники за самолетами союзников. Возможно, тогда мы садились рядом с Гандером.
Новый экипаж вел самолет до Вашингтона всего 2,5 часа на высоте девять километров. По американскому времени в Вашингтоне 15 часов все того же 10 июня.
Нас встретили представители в США Союза советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами Владимир Петрович Золотухин и Владимир Молчанов и увезли нас в посольский квартал.
А наутро Владимир Павлович Молчанов повез нас к послу СССР в США Анатолию Федоровичу Добрынину.
После пятнадцатиминутного разговора с послом я понял, что советов и рекомендаций посол давать мне не намерен, только потребовал все дела в столице заканчивать не позднее 20 часов, после чего из дома не выходить. Это было сказано таким обыденным тоном, что я не поверил своим ушам и спросил:
— А почему вы нам ставите такие жесткие условия?
— Вы в США не были пять лет, за это время бандитизм в американской столице увеличился настолько, что вечером просто опасно ходить по улицам…
Из посольства поспешили в новый авиационно-космический музей, расположенный в огромнейшем помещении. Здесь начиная с первых американских самолетов братьев Райт 1903 года размещено большинство американских, английских, французских, японских и немецких самолетов времен первой и второй мировых войн. Вот Ю-88, Ю-87, «харрикейн», «кобра», «летающая крепость» и множество других американских и зарубежных типов, исключая советские, как будто их и не было на самом деле… Гид, преподавательница русского языка в столичном колледже, дама лет 30, увлекающаяся планеризмом, несколько раз отметила, что в космическом павильоне музея мы увидим рядом с «Аполло» наш «Союз». Интересно, что редкие типы самолетов, которые достать в натуре было невозможно, в музее представлены моделями, как это мы видели в канадском аэропорту Гандер.
В музее установлено много различных тренажеров, около которых дети вьются, как пчелы вокруг цветов.
И все же самое сильное впечатление произвела на меня кинокартина «Полет». До сих пор ничего подобного не видел и не испытывал. Прежде всего поразил экран высотой в многоэтажный дом. Во время сеанса вы вдруг понимаете, что действительно летите, испытывая все чувства человека, пилотирующего машину. Это достигается, как я понял из объяснения гида, путем поворота экрана вокруг двух осей и одновременного увеличения или уменьшения объекта съемки, и тогда все происходит с самолетом так, как будто ты сам им управляешь. Картина настолько хорошо создает реальность ощущений летчика в полете, что не только дети и обычные посетители музея, но и бывалые пилоты вроде меня пытаются при просмотре фильма принимать какие-то меры для предотвращения аварии или катастрофы. Крики, визг сопровождали картину «Полет». И когда погас экран, все еще долго оставались в напряжении, словно только что избавились от неминуемой неприятности. Этот фильм внедряет в вас желание побеждать стихию.
Прощаясь с нами, наша гид задала вопрос: «А кто вы такие?» Узнав, что я в 1937 году прилетал из Москвы в США через Северный полюс, она достала из сумки книгу и просила расписаться рядом с автографом Линд-берга, американского пилота, перелетевшего впервые через Атлантический океан в 1927 году по маршруту Нью-Йорк — Париж.
Читать дальше