Андрей Кузечкин - Не стану взрослой

— Твое право, Санек. Ладно, завтра гуляем. — Он посмотрел на Карину — Ты как?

— Я? — она было удивилась, но спохватилась. — Я — положительно.

— Саш, ты не против, если с нами будет Карик? — спросил Максим.

Он демонстративно пожал плечами:

— Да мне-то что…

Перед тем, как выйти из комнаты брата в последний раз, Карина сказала:

— Саня, я у тебя вчера книжку взяла почитать. Ничего?

— Ничего. Я все равно ее уже прочитал. Завтра после работы надо в библиотеку забежать, если успею…

— А чего это тебя вдруг на сказки потянуло?

— Это любимая книжка Ани. Постоянно только про нее и говорит… — коротко пояснил Саня и вдруг спохватился: — А тебя?!

Карины уже не было.

На улице Максим хлопнул в ладоши:

— Ну, вот и все. Осталось только пообщаться с этой замечательной Аней.

— И что, ты все из нее вытянешь?

— Я не буду ничего вытягивать. Она все расскажет сама.

— Опять ждать…

— А ты куда-то торопишься? Мертвых уже не вернешь.

Она промолчала.

— В любом случае с «Третьей планетой» нам лучше дела не иметь. Да и вряд ли они к этому имеют какое-то отношение. Саня стал читать Питера Пэна с подачи Ани. Вот с ней и будем разговаривать. Возможно, она — некий вирус в теле компании «Третья планета». Сектант-диверсант. Наносит точечные удары. Промывает юным сотрудникам мозги и толкает на самоубийство. Представляешь?! Может такое быть или нет?

— Может, наверное…

— Вот. Главное сейчас — не спугнуть ее. Выясним все при личном общении, ненавязчиво. Все.

Максим вставил руки в карманы и побрел, лениво шаркая подошвами об асфальт. Ему захотелось шагать туда, куда ноги несут, жевать мороженое, пить энергетики, слушать плеер и не думать ни о чем. Вроде все как обычно. Но что-то явно было не так.

Спустя секунду он понял, что именно. Карина шла рядом с ним.

Она вместе с ним вышла из дома. Хотя Максим ее об этом не просил.

— Ты куда? — спросил он.

— А ты куда?

— Я — куда глаза глядят.

— Ну, значит, я с тобой. — Она пояснила: — Не хочу быть там, с ним.

— Что у вас за глупая война с братом?

— Он избалованный маменькин сынок.

— А тебя это очень волнует?

— Ну… — судя по интонации, она хотела произнести какую-то резкую отповедь. Но осеклась в самом начале и совсем другим тоном закончила: — Он мой брат все-таки. Ведь не всегда же ему мама будет помогать… Надо и самому учиться жить.

— Вроде бы он движется в правильном направлении, а?

— Да. Сегодня просто какой-то день открытий. — Она помолчала и произнесла: — Так вот чем ты на самом деле занимаешься…

— Да вот. Не хотел тебе об этом говорить.

— А почему?

— Ты же считаешь, что играть в компьютерные игрушки — это глупо.

— Да, считаю. Но если есть такие дураки, которые за это платят, — то почему бы и нет?

— Хорошая логика, — одобрил Максим. — Только… есть одна проблема. Я уже говорил: перспективы карьерного роста весьма туманны. Ну, поиграю я еще годик — и все.

— Ну и хорошо. Займешься чем-нибудь другим.

— Чем? Я больше ничего не умею.

— Ерунда какая. Научишься.

— Да чему я научусь. Я много раз пытался работать в самых разных местах. Нигде не мог продержаться больше месяца.

— Не там, значит, работал. Найдешь нормальную работу.

— Для этого нужно образование…

— Будет и образование. Какие твои годы. Откуда там тебя отчислили? У тебя деньги есть — возьми и восстановись, хотя бы на платном отделении.

— Да уж, какие мои годы… — вздохнул Максим. — Как у тебя все просто.

— Ну, а что? Я уж думаю, это проще, чем международные чемпионаты выигрывать.

— Я вообще не знаю, чем бы я мог заниматься…

— Да чем угодно! Хоть той же журналистикой. Из тебя бы получился отличный журналист.

«Был я уже журналистом, — хотел сказать Максим. — Да кем я только не был. А толку?»

Он не стал ничего говорить.

— Максим, а как ты вообще стал зарабатывать деньги вот так?

— Как я стал прогеймером?

И чего она хочет? Чтобы он взял ножик, вспорол себе живот и выставил на всеобщее обозрение собственные кишки? Не стоит. Он и так сказал больше, чем следовало бы.

— Как-то само собой получилось.

— Я тебе завидую… Вот у меня почему-то ничего не получается так… само собой.

Это была какая-то другая Карина. Не та, к которой Максим уже успел привыкнуть.

— А это вообще трудно — работать так, как ты? — спросила она.

— Это не работа.

— Ты делаешь на этом деньги — значит, работа.

— В нашей стране сделать на этом какие-то деньги просто невозможно. Вот в Корее — это да, серьезный бизнес. У них даже есть игровые факультеты в вузах, можешь себе представить? А у нас… — Максим махнул рукой.