Владимир Мальцев - О том, что сильнее нас

Паршивая субстанция — деньги. Первый раз возможность выяснить что-то насчёт Ленки мне представилась спустя две недели, но была упущена глупейшим образом. В частности, из-за тех самых денег, причём в минимальном количестве. Та дама, которая была уже задействована в истории, собственно, которая звонила Ленке наутро, была одной из моих недавних интернетовских знакомых. Как всегда — знакомство было сопряжено с удивительным совпадением. Раньше эта дама торговала цветами, и я именно у неё покупал цветы, когда хоронили мою маму. Никакого романа у нас не было, не мой стиль. В некоторый момент она взяла взаймы какую-то совершенно мелочную сумму. Оно ей взаправду нужно было, у неё мать разболелась. Я ей раз пять говорил, чтобы не торопилась, пусть отдаст только когда будут. Нет, упёрлась — на три недели взяла, ровно через три и отдаст. А когда три недели прошло, а свободных денег не появилось — просто исчезла. В тот самый момент, когда я окольными путями выяснил, что на днях Ленка появится на работе (она и появлялась на три дня, потом совсем уволилась), а эта дама (кстати, тоже Лена) обещала её там поймать. И тем самым — не ловила и не поймала. Найти же иной путь я тогда не мог. Сам был слишком занят.

А занят я был тем, что как раз накануне познакомился в Интернете с некоей семнадцатилетней казачкой Милой из Ростова-на-Дону. Та была немного не в себе, напрочь поцапавшись с собственной матушкой и запутавшись фиг знает в чём ещё. Созвонились. Потрепались немного. Я и предложил, наполовину в шутку, чтобы сбегала из дому да и ехала ко мне на недельку, пока всё утрясётся. Денег, говорит, нету. Фигня, говорю, билеты сейчас копеечные, надумает если — через час переведу. И надо же так — через час звонит от подруги, говорит, что из дому сбежала, ждёт перевода… Хорошо, сходил, перевёл…

Часа в три ночи — телефонный звонок. Звонит из Ростова мама Милы, вычислила через телефонную станцию по тому звонку мой номер, подружку подвергла допросу третьей степени… Потрепались мы с ней. Как ни странно — успокоил. А в восемь утра — звонок в дверь. Оказалось — поднятая по тревоге московская тётушка Милы пришла разведать обстановку, а если что не так, перехватить её да к себе эвакуировать. Тоже потрепались, чайку погоняли, картинок посмотрели… Тётушка отбыла в полном восторге, оставив пару билетов на премьеру какого-то фильма в кинотеатре «Россия», где она работала. То есть — совершенно нереальный расклад.

Поехал на вокзал, встретил Милу. По пути домой похвастался, что уже знаком со всеми её родственниками, и все проблемы, из-за которых она ко мне сбежала, уже утрясены. Тут же, на ходу, устроили военный совет, решили, что запланированную неделю развлечений, оргий и разврату отменять негоже, доехали до дома и немедленно залезли в постель.

Собственно, вот этим я и был занят всю ту неделю, в течение которой была возможность поймать Ленку, пребывая в дурацкой убеждённости, что за меня это и так сделают. Миле надо было показать Москву, сводить в то кино, кормить, поить, развлекать и ублажать, принимать кучу гостей, включая ту тётушку с мужем… Сюрреалистичная была неделя. Два человека с трёхкратной разницей в возрасте, к тому же твёрдо знающие, что они не во вкусе друг друга, да и по жизненным ценностям не имеющие точек пересечения, изображали бурный роман.

«Хорошо быть раньше умным, как моя жена потом», — гласит старая английская поговорка. На русский язык это переводится приблизительно как «знал бы прикуп — жил бы в Сочи». В самом начале этой недели с Милой произошло событие, оставшееся незамеченным, которое определило очень многое из дальнейшего. Утром после Милиного приезда — у нас были первые гости. Я с момента переезда в эту квартиру старательно приучал всех друзей и знакомых, что ко мне заходят без упреждающего звонка и можно даже без звонка в дверь. Принципиально. Так что — когда мы проснулись, в гостях у нас были Наташа с подругами. И на этот раз, в отличие от двух предыдущих, та, которая Ника, не разливала вокруг демонстративного равнодушия и скуки, а смотрела явно заинтересованным взглядом. Я довольно долго пребывал в убеждении, что Нику сдвинуло с мёртвой точки Милино присутствие. Типа ревность, типа льстит мужскому самолюбию… Чорта с два. Можно опять упомянуть забавности взаимного перевода между русским и английским языками. Слово «интеллигент» переводится на английский как «egg-headed», то есть — «яйцеголовый». Если дословно перевести обратно на русский — получится «мудак». Вот-вот. Спустя, наверное, год я спросил Нику прямо. Её просто позабавил валяющийся посередь стола отработанный презерватив, и она с хитрым видом осматривала комнату, пытаясь опространствить местоположение остальных.