Мухаммед Хайкал - Зейнаб

Вместо того чтобы пылать местью к этой чистой, благородной девушке, ему следует уйти от людей, уединиться в келье, там искупить свои грехи, испросить прощения у аллаха. К тому же далеко не все крестьянки похожи на ту, которая так задорно и свободно вела себя с ним. Много среди них и таких, кто умеет хранить свою честь и достоинство. А разве девушки, сидящие под покрывалом, никогда не ошибаются? Боже мой, да их ошибки во много раз отвратительнее ошибок девушек из бедных семей! Они соблюдают чисто внешние приличия, содержимое их душ глубоко скрыто от посторонних взоров. Они умело лицемерят перед богом, людьми и перед самими собой.

О, жестокие времена! Мало того, что бедняка терзает нищета, его еще хотят выставить перед всем светом негодяем и преступником! О, люди с черствыми сердцами, злейший ваш порок — это сплетни и клевета! Известно, что беда одна не приходит. Поражая человека, она несет ему боль и страдания. А жестокосердные люди еще увеличивают эту тяжесть! Они смотрят на такого человека как на преступника, даже не помышляя о причинах его несчастий. А ведь именно он, бедный феллах, — их верный слуга и создатель тех благ, которые люди беззаботно расточают, не задумываясь, откуда они взялись.

Мы, юноши, невольно тянемся к простым девушкам. Нам нравится их непосредственность, освобождающая и нас от чопорности, которой постоянно тешат себя женщины из общества, пусть даже из самых благородных побуждений. Деревенская девушка — наивное дитя природы. Она даже и не пытается скрывать свои желания. Она сама искренность, и это качество находит отклик в душе юноши. У него еще достаточно дерзости, чтобы не считаться с установлениями высших слоев общества, с их косными нормами поведения и морали.

Юность — это ничем не скованная свобода. Несчастен юноша, подпавший под влияние косных обычаев, он потеряет свободу и саму жизнь. Его существование, обремененное мелочными заботами, хуже, чем мгновенная смерть.

Однако разве в современном Египте может юноша наслаждаться жизнью? Наступит ли такое время, когда ему разрешат самому искать свое счастье? А пока он лишен этой возможности. Он сейчас поставлен перед дилеммой, и любое из решений — зло. Он может выбрать прозябание, именуемое семейной жизнью с традиционными устоями, чего и ждут от него; либо ринуться в зловонную тину порока, процветающего в нашей несчастной стране по воле богатого и развратного Запада. В первом случае его ждет духовная смерть, во втором — гибель духовная и физическая.

Горе тебе, Хамид! Какой злой рок обрушил на тебя этот жестокий удар? Уж лучше бы тебе не переступать порога счастливой поры детства. Разве уж так велика разница — умереть во младенчестве или на склоне лет? А уж если ты родился, то воистину, для тебя было бы лучше жить замкнуто, сторониться света: пусть думают, что тебя вовсе нет!

Долго еще сидел Хамид в задумчивости, размышляя о своей судьбе. В конце концов он решил: прочь сомнения, он любит Азизу и жаждет встретиться с нею наедине! Так почему бы не оставить письмо среди предметов, которые ежедневно попадают ей в руки? Обнаружив его, она, конечно, постарается сделать так, чтобы больше никто его не увидел. Она любит Хамида и назначит ему свидание! И когда они встретятся, от всех их страданий не останется и следа. День свидания будет памятным, счастливым для них днем!

На другой день Хамид осуществил свое намерение: на блюде с фруктами и сластями, которые были приготовлены для Азизы, он оставил свое письмо. Мальчик — слуга, ничего, конечно, не подозревая, передал его ей. Азиза увидела письмо и сразу же спрятала его. Оставшись одна, она с нетерпением надорвала конверт.

Боже! Какое наслаждение испытала она, прочтя письмо! Сколько прелести нашла в нем! Она любовалась им, долго не решаясь сложить его и убрать в карман. Она перечитывала его снова и снова. Всякий раз, когда она доходила до слов: «С нетерпением жду я ответа от тебя, Азиза. Искренне любящий тебя Хамид», — душа ее замирала и сердце начинало бешено колотиться, как бывает всегда с человеком, которого переполняет радость. Никогда в жизни ей не приходилось получать такого прекрасного, увлекательного послания. Разве можно сравнить с ним письма сестры или поздравительные открытки подруг? Ей казалось, что сейчас нет в мире ничего более значительного, чем ее радость. Она словно забыла обо всем окружающем, радость переполняла ее сердце до краев. У нее сейчас было только одно желание — поскорей увидеть Хамида, прильнуть губами к его губам.