Эндрю Холмс - Звездун

Затем тучи обретают форму, память возвращается, и ты сознаешь, что чувствуешь себя препогано.

Я просыпаюсь на диване, и мне требуется несколько минут, чтобы понять, что в этой сцене есть что-то удручающе знакомое. Только рядом нет Сэм. Она ушла. Сэм — человек слова.

Конечно, я знаю, что должен чувствовать. Вначале — печаль, а затем приятное возбуждение. Какое-то время после ее ухода будет нелегко, зато потом я смогу погрузиться в радость новых возможностей. Когда захочу смотреть «Звездные войны». Повесить огромный постер с изображением принцессы Леи в гостиной (из фильма «Возвращение джедая», вы знаете, в каком наряде), и не в рамке, а просто наклеить на стену. Более того, я могу не прятать банки «Стеллы», могу хоть пирамиду из них выстроить, а потом, пьяно рыгнув, разрушить, совсем как Барт Рейнольдc в фильме «Самый длинный ярд». Я могу без опаски поставить видео «Сэнди и студенты» и смотреть его в свое удовольствие, развалившись на диване с банкой пива в одной руке и с сигаретой в другой — особо приятной на вкус сигаретой, потому что рядом не будет никого, кто скажет: «Это уже четвертая за вечер…»

Но, как и все, я читал роман Ника Хорнби «Высокое напряжение», как и всех, меня и раньше бросали женщины (обычно по причине моего пьянства, даже смешно). И я знаю, что в холодной неумолимой реальности жизни возникла огромная дыра. Сейчас, когда я лежу на диване и с ужасающей отчетливостью сознаю, что от меня ушла жена, что этой ночью я ударом ноги выбил дверь в ванную, что я нарушил слово, — сейчас вся эта мальчишеская ерунда меня совсем не привлекает.

Дело в том, что больше всего в этой ситуации мне жаль не себя. Ее. Из всех мужчин мира, за которых Сэм могла выйти замуж — а ей было из кого выбирать! — она выбрала меня. На том основании, что я виделся ей неплохой ставкой на будущее. Тем, кто должен был любить ее, уважать и обеспечивать. А что получилось? Выходит, я обманом заставил ее полюбить себя, обманом заставил выйти за себя замуж, а в конечном итоге оказалось, что я вовсе не тот продукт, который был заявлен в рекламе. То ли нужны батарейки, то ли содержимое дало осадок при транспортировке.

В общем, если посмотреть на все с такой точки зрения, то Сэм пала жертвой чудовищного мошенничества. У нее были мечты, а я их разрушил. Я и мое пиво.

Конечно, теперь, когда она ушла, все сложится иначе. Я или завяжу с выпивкой, сделаю первый шаг к тому, чтобы вернуть Сэм, или пущусь во все тяжкие — надерусь и буду продолжать в том же духе…

В конце концов, я никак не могу сделать выбор. Ведь если не остановиться на первом, второе станет неизбежным.

Я решаю денек передохнуть и около одиннадцати иду в магазин за пивом. Само собой. А в магазине говорю продавщице, чтобы она оставила себе сдачу. Произношу это самым беспечным тоном, не обращая внимания на ее равнодушие, не позволяя ему задеть себя. Оно даже не оставляет у меня неприятного чувства.

По дороге домой заглядываю в газетный киоск и зачем-то покупаю журнал «Фоник» с Феликсом Картером на обложке. «Его самое откровенное интервью» — гласит заголовок. Зачем? Понятия не имею. Может, потому, что я немного на него похож. Потому, что он любит выпить. Потому, что в нем есть что-то чумовое.

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ХОТЕЛ БЫ ЗАВЯЗАТЬ [13] Отрывок из опубликованного в ноябре 2006 года интервью Феликса Картера журналу «Фоник», номер которого полиция нашла при обыске в доме Кристофера Сьюэлла.

КОГДА ФЕЛИКС КАРТЕР ГОВОРИТ, ЧТО ОТВЕТИТ НА ВСЕ ВАШИ ВОПРОСЫ, ОН НЕ ШУТИТ

Мы узнали одну сторону личности Феликса Картера в первый день нашей встречи, во время, отведенное для съемок, болтовне перед основным интервью и знакомству с его новым, четвертым альбомом «Без прикрас» [14] Название альбома изменили перед самым выходом, и он появился в продаже как «Давно пора» в понедельник, 28 октября 2002 года. , который певец гордо нам демонстрирует, двусмысленно заявляя: «Это всего лишь предварительные наброски, а может быть, и нет…»

Он в прекрасном настроении. Полон сил и энергии. Почти без просьб с нашей стороны стягивает футболку и обнажает знаменитое тело Феликса Картера. Мускулистый, украшенный татуировками торс прекрасно показывает разницу между человеком, который год назад вышел из реабилитационной клиники, и актером, получившим великолепные отзывы о своем дебюте в фильме «Враги», певцом, ожидающим выхода своего четвертого сольного альбома. Альбома, который, по собственному выражению Картера, напрочь затмит предыдущие три.