Колин Баттс - Ибица — это глагол

— Да, но...

— И если уж говорить о чем-то, — перебил Лукас, — так это о том, как несправедливо поступили с Элисон.

Хоторн-Блайт не верил своим ушам:

— Что?

— Я считаю, что именно Элисон была жертвой. Если мои факты верны, не было никаких доказательств ее участия в махинациях Фелипе.

— Действительно, они не были предъявлены в суде, — только на таких условиях она соглашалась давать показания. Но мы обнаружили всю ее документацию и значительную сумму денег, убедительно доказывавшие, что она была во всем этом замешана.

— Тогда почему их не представили суду?

— Как я уже тебе говорил, по сравнению с суммами, которыми оперировал Фелипе, это были просто крохи, и мы сами с этим разобрались, после того как уволили ее.

— Но разве вы ее уволили?

— Разумеется.

Лукас потянулся за портфелем.

— Боюсь, не могу с тобой согласиться, ХБ. Вот здесь у меня копия письма, в котором она сама отказывается от должности.

Хоторн-Блайт мельком взглянул на листок.

— Это простая формальность. Ее попросили написать заявление по собственному желанию — как часть договоренности, по которой она соглашалась свидетельствовать в суде. Она дала показания в обмен на наше обещание не предъявлять ей обвинений. Мы не могли позволить Фелипе уйти от ответа, и хотя в деле было и без того достаточно доказательств его вины, с показаниями Элисон обвинение становилось нерушимым как скала.

— К сожалению, мне снова придется возразить, но она говорит совсем другое. Элисон утверждает, что уволилась после того, как Брэд унизил ее, продемонстрировав в баре, полном отдыхающих, видеозапись частного характера, запечатлевшую ее в момент близости.

— Это полный абсурд.

— Значит, история с видео — ложь?

— Нет, но она уже была...

— Дело в том, что Элисон утверждает, что это она подвергалась унижениям со стороны гидов, в частности Брэда, который по случайности сам был уволен за воровство.

— Она сама его подставила!

— Опять же, — ответил Лукас, ухмыльнувшись, — где доказательства? — Он повернулся к Чарлзу Муну и Киту. — Я принял на работу Элисон Шэнд, джентльмены, просто потому, что она хороший работник, с которым плохо... — он сделал вид, что подыскивает слово, — обошлись в «Молодых и холостых». Элисон прогрессивно мыслит, она руководитель новой формации, как и я. Я докажу вам, что наша компания не просто лучше, у нас к тому же работают лучшие гиды, потому что я знаю, каких гидов хочет видеть современная молодежь.

— Боже мой, — вздохнул Хоторн-Блайт, раздраженно швыряя на стол свою салфетку. — Поверить не могу тому, что слышу. Эта Элисон эгоистичная, узколобая и совершенно бездарная в профессиональном смысле. Вам это скажет любой гад, работавший с ней в прошлом году.

— Как насчет Марио? — спросил Лукас. — Он вернулся. Почему бы не спросить у него?

— Она выделила Марио только за привлекательную внешность, сделала его своим фаворитом, и в конце концов они стали спать вместе.

— Если мы собираемся говорить о любимчиках, лучше обсудим Брэда.

— Что ты хочешь сказать?

— Не знаю, чем он прижал вашу компанию, но сначала его увольняют, потом берут обратно. Он омерзительно вел себя с бедной Элисон, а теперь, пробыв гидом меньше сезона, становится менеджером самого важного направления. Можете считать меня подозрительным, но, по мне, тут чем-то пахнет. — Лукас откинулся на стуле с видом победителя.

Хоторн-Блайт повернулся к Чарлзу Муну.

— Я не знаю, сколько еще смогу выслушивать его бредни, Чарлз. Я близок к тому, чтобы выйти из этой игры, плюнув на последствия. Почему я вообще согласился на слияние с вами? Потому что наше финансовое положение пошатнулось, главным образом из-за прошлогодних махинаций Фе-липе Гомеса и Элисон Шэнд. А теперь от последней, ко всему прочему, будет зависеть будущее моей компании.

— Это, видимо, ирония, — ухмыльнулся Лукас.

— Ну все, хватит, Лукас, — сказал Кит.

— Прошу прощения, а вы чего ждали? Вы и правда готовы поверить, что я бы нанял Элисон, будь она так плоха? Я утверждаю, что «Молодые и холостые» просто не смогли разглядеть ее лучшие стороны. Я хочу доказать, что наш более современный стиль поможет ей расцвести.

Чарлз Мун и Кит переглянулись.

— С вашего позволения мы отлучимся на секунду, — сказал Чарлз.

Они встали и отошли в конец террасы, где и принялись вполголоса совещаться.

Лукас посмотрел на Хоторн-Блайта и снова ухмыльнулся.

— Ты лживый, коварный, подлый ублюдок, — сказал Хоторн-Блайт.