Каваками Хироми - Манадзуру

— Что ела? — поинтересовалась женщина.

— Вантан [10] Блюдо китайской кухни. Бульон с пельменями. .

— Завидую.

Пообедав, я продолжила свой путь. Из одной улочки в другую, вверх и вниз по склонам. Бесконечные спуски и подъемы отзывались усталостью в ногах. Дойдя до ближайшей остановки, я села на автобус, который направлялся на край мыса. Когда я так же бродила здесь одна в последний раз, был конец зимы.

— Выходи, — приказала женщина.

— Это же не конечная остановка! Я уже устала ходить, — попыталась я возразить, в ответ женщина вперила в меня сердитый взгляд.

— Да, да, — сдалась я и нажала на кнопку «Стоп». На пустой остановке, где меня высадил автобус, взору открывался лесной заповедник [11] В Манадзуру расположен известный в Японии заповедник. . На дорогу падали редкие лучи солнца, с трудом пробиваясь сквозь густые заросли.

— Знаешь… — начала женщина, — где-то в этом лесу погибла девушка.

Едва она заговорила, как небо тут же затянули грозовые облака. Вдалеке раздался глухой низкий гул.

— Гром?

— Тайфун приближается, — ответила женщина. Словно на веревочке, я следовала за ней по пятам. Тропинка вела вглубь заповедника, который женщина уважительно называла лесом. Она виляла то вправо, то влево так часто, что через некоторое время, я перестала понимать, в какую сторону мы движемся. То и дело доносились гулкие раскаты грома.

— Её повесили на сосне.

Поблизости снова громыхнуло.

— Это дерево потом в тайфун повалило волной, — глухим голосом продолжила свой рассказ женщина. Коршуны замолчали.

— Ветер поменялся, — объяснила она.

Тропинка начала спускаться вниз. Крутой склон означал близость моря. Впереди замелькали волны, бьющие о прибрежные камни.

— Она была такой хорошей девушкой, — прошептала женщина.

— Хорошей девушкой?

— Та, повешенная.

— Хватит об этой жуткой истории, — взмолилась я. Но преследователи редко внимали моим просьбам.

— Её повесили вверх ногами. Ноги связали плетьми глицинии.

Промежутки между ударами грома стали короче. Время от времени полыхали молнии. Женщина протянула мне руку. Ноги скользили по сырой земле, и я едва удерживалась, чтобы не упасть. Я взяла её за руку и ощутила холод. Из кончиков пальцев по телу потекла влажная истома.

— Смотри, — подтолкнула меня женщина, и я взглянула на море. Путь морским потокам преграждала огромная скала, волны, беснующиеся за ней, успокаивались прямо под нашими ногами.

— Тайфун приближается. Здесь находиться небезопасно, — попыталась предупредить я, но женщина не слушала и по-прежнему сжимала мою руку. Она не держала меня сильно, но освободиться я все равно не могла. Тело продолжало влажно таять, вверх по рукам, добравшись уже почти до плеч, ползло легкое онемение.

— Хорошенько смотри, — промолвила женщина. В воде, словно обезумев, металась маленькая рыбёшка.

— Когда волны так бушуют, тебе лучше прятаться в скалах, — прошептала я. Женщина засмеялась. Услышав её слабый, равнодушный смех, я вздрогнула.

— Исчезла без следа. Та повешенная. Она была хорошая. Правда, очень хорошая. С раннего утра собирала хворост в горах, пополудни — моллюсков и водоросли на побережье. Вечером убирала дом, пряла. Работала, не покладая рук. Как-то услышала она в лесу голос: «В лес и к морю завтра не ходи…»

— Но она все-таки пошла? — спросила я. Женщина кивнула.

— Пошла. И с тех пор её никто не видел. Искали, искали — все без толку. Только как-то рыбак один в море вышел да и увидел её на поверхности.

— На поверхности, — не поняла я. — Не в воде?

— Да, вот именно, на поверхности. Она отражалась там. Та девушка. Волосы дыбом стоят. Сама — в одной красной повязке [12] Традиционный вариант нижнего белья. Красная набедренная повязка. . Ноги стеблями глицинии связаны. Тут рыбак наверх посмотрел и видит, что она вверх ногами к сосновой ветке привязана. Шея и ноги у неё были белые-белые.

Грохотал гром. Неистово полыхали молнии. Волны набегали на берег, унося с собой песок.

— Это ты? Та девушка? — спросила я женщину.

— Нет.

— Правда, не ты? — опять спросила я.

— Не знаю. Уже забыла, — ответила она. Грянул гром. Волны стали настолько высокими, что скала уже не могла препятствовать им.

— Поднимемся повыше, не то нас смоет волной, — ласково предложила женщина.

«Какая жуткая история», — двигаясь вслед за ней, думала я.

— Вкусные были пельмени! — намеренно невпопад заметила я.