Ба Цзинь - Избранное

— Что значат страдания одного человека! Тот, кто думает лишь о своих невзгодах, ничего не сможет сделать. Ты знаешь, у меня рано умерла мать. И я потерял самое дорогое — материнскую ласку. Отец, конечно, любил меня, и я его тоже, но он был занят с утра до вечера, и у него не оставалось времени для меня. С детства я искал любви людей… Но жизнь в богатой патриархальной семье так же беспросветна, как порядки в монархии. И в такой семье я прожил почти шестнадцать лет. Я не говорю о тех страданиях, которые пережил сам, не стоит об этом говорить. Но я видел, как страдали другие люди, как отчаянно боролись они за жизнь и в конце концов погибали, не испытав даже счастья молодости. Я видел также людей, которые самовластно управляют, бесчинствуют, подавляют других. Я живой человек, из плоти и крови, я способен чувствовать, мне с детства свойственны и любовь и ненависть… Я умею сильно любить и глубоко ненавидеть. Когда я покинул дом и окунулся в жизнь, чувства мои обострились. Моя любовь и моя ненависть жгут меня многие годы. Я неизлечимо болен, возможно, скоро наступит конец, но сейчас все мои чувства я отдаю работе, своим статьям, которые распространяю среди народа. Быть может, семена, брошенные мною, дадут ростки, а потом и плоды. Быть может, появятся люди, которые унаследуют мою любовь и ненависть… — Чэнь Чжэнь закашлялся.

Вокруг царила темнота, но Жушую почудилось, будто он видит, как Чэнь Чжэнь отчаянно борется с призраком смерти. Потом ему померещилось, что Чэнь Чжэня опускают в могилу. С тахты не доносилось никаких звуков. Страх и жалость охватили Жушуя, из глаз его покатились слезы.

— Чжэнь, Чжэнь! — позвал он печальным голосом.

— Что? — отозвался тот удивленно.

Жушуй долго молчал, потом, сдерживая охватившее его волнение, с трудом произнес:

— Ты спи! Тебе нужен отдых. А обо мне не беспокойся. Я целый день ничего не делал! — И добавил: — На тахте, наверное, неудобно? Давай поменяемся. Иди на кровать. — Он готов был уступить свое место.

— Не беспокойся. Здесь очень хорошо. Не вставай, — поспешил остановить друга Чжэнь.

Жушуй знал характер Чэнь Чжэня и не настаивал.

— Постарайся поскорее уснуть, — сказал он и тихо заплакал.

Жушуй проснулся на рассвете и услышал, что его друг ворочается на тахте.

— Чжэнь! — позвал он.

Тот откликнулся.

— Как спалось? — спросил Жушуй, раздвигая полог. Чэнь Чжэнь лежал лицом к стене.

— Спал в общем часа четыре. Остальное время ворочался.

— Тогда поспи еще, — посоветовал Жушуй. Но через секунду снова обратился к Чэнь Чжэню: — Тыне спал, потому что думал о Юньюй?

— О Юньюй? — спросил тот удивленно, но с интересом. — Почему ты вдруг заговорил о ней?

Жушуй уже забыл ночной разговор с другом. Перед его глазами возникло лицо очаровательной девушки, ее тонкие подведенные брови, подкрашенные, нарочито поджатые губки, склоненная головка, сверкающий взгляд ясных очей и еще… Он не вытерпел и рассмеялся:

— Она, по-моему, очень интересуется тобой!

— Мной? — по-детски наивно расхохотался Чэнь Чжэнь. — Ты думаешь? Ерунда! Она просто шутила со мной.

— Вряд ли. Она так смотрела на тебя, что я даже позавидовал.

— Ну, так тебе и карты в руки, — снова засмеялся Чэнь Чжэнь.

Жушуй задумался и затем произнес:

— Честно говоря, она мне нравится. Но у меня уже есть Жолань, и я не хочу становиться у тебя на пути. Советую тебе не мешкать, не то упустишь эту счастливую возможность.

Чэнь Чжэнь опять рассмеялся.

— Понял? — спросил его довольный Жушуй.

— Ладно! Хватит валять дурака!

— Дурака? Да я серьезно.

— Чего же, по-твоему, я могу ждать от этой мелкобуржуазной девицы?

Минуту длилось молчание. Пробили часы. Но друзья не обратили на это внимания.

— Чжэнь! — взволнованно сказал Жушуй. — Я все-таки советую тебе не упускать случая. Работа у тебя трудная, тебе нужна жена, подруга, которая будет любить тебя, заботиться о тебе. Юньюй права, тебе необходима женская ласка, она так успокаивает! Зачем предаваться только мрачным мыслям. Из-за них твои статьи наводят страх на людей. Мне кажется, Юньюй отлично понимает тебя. Ты молод и должен познать счастье, познать женскую ласку. Не следует отдавать всего себя, ничего не получая взамен, пойми. — Жушуй забыл в эту минуту, что сам не ценит этого. Чэнь Чжэнь молчал. — К чему так страдать, — продолжал Жушуй. — В мире ты не один. Даже Ли Цзяньган, который обычно советует, преодолевая любые трудности, упорно идти к цели, тоже считает, что ты не должен быть аскетом.