Лайза Джуэлл - Встретимся у Ральфа

— Большое вам спасибо, — привычно сказала Джемм и внутренне скорчилась — стандартная фраза вежливости в тишине секс-шопа прозвучала дико.

Чернокожий охранник за все это время так и не шелохнулся. Ральф приподнял шуршащие стеклярусные нити и вслед за Джемм вышел на улицу. Оба облегченно вздохнули. Пока они торчали внутри, город не изменился: абсолютно нормальные люди по-прежнему толпились у ночных клубов и ждали на перекрестках несуществующие такси.

Неспешно вернувшись на Лайл-стрит, зашли в почти пустой ресторан и заказали роскошный ужин: чили с говядиной, цыпленок с фасолью и соусом чили, чили со свининой «Кунг-По». Сбитая с толку просьбой приготовить все блюда «как можно острее», усталая официантка следила за подозрительными клиентами — вдруг прямо на ее глазах воспламенятся?

— Знаешь, Пит заставил меня задуматься. — Джемм вылила остатки пива из банки в бокал. — Точнее, его слова о приключениях, доверии к людям и прочем. Он ведь прав. Мне нравится считать себя эдакой… — она неопределенно покрутила ладонью, — авантюристкой, готовой к любому риску, открытой для всего нового. А на самом деле прав Пит. Мы все чего-то боимся, разве нет? Вокруг полно психов, но я сомневаюсь, что все они мечтают убивать и насиловать.

С тобой так бывает: заходишь в метро или идешь по улице, видишь, как встречаются приятели, слышишь их разговоры и чувствуешь, насколько они близки, как много пережили вместе? Тебя в этот момент не колет зависть или хоть жалость, что ты что-то упустил? Почему, к примеру, их дороги пересеклись, а моя прошла стороной? Может быть, они классные ребята, но мне их никогда не узнать. Я для них — всего лишь чужое лицо на улице, у меня свои друзья, которых им никогда не узнать. Грустно. Ты понимаешь? На свете столько людей, и по закону больших чисел за жизнь мы можем познакомиться лишь с крохотным процентом живущих на земле. А наш собственный страх здорово сокращает эту цифру. Почему мы так боимся друг друга? Коллега приглашает в ресторан — ты в ужасе; сталкиваешься в электричке с одноклассником, он предлагает посидеть, выпить, вспомнить старые времена — ты суешь ему номер телефона и надеешься, что он никогда не позвонит. У тебя узкий круг друзей — кто для вторника, кто для четверга; вечер понедельника ты проводишь дома, в среду идешь в фитнес-зал. Где взять время для новых знакомств, куда их втиснуть? Разве таков был Божий план? Разве это правильно? Да мы проживаем ноль целых одну миллионную потенциала, данного нам Всевышним. Мне всего двадцать семь, а во что я превращусь, когда стукнет пятьдесят? Грустно, да?

— Мне кажется, ты слишком оптимистка, Джемм. Друзья далеко не всегда развлечение, это еще и забота. Ты получаешь их вместе с проблемами, капризами, комплексами, надеждами, и ради настоящей дружбы тебе приходится прикладывать усилия, чтобы справиться со всеми этими негативными сторонами. По-моему, избирательность — штука вынужденная. Сама жизнь вынуждает нас взять пару конфеток по своему вкусу из коробки ассорти, а остальные, с клубничной, сливочной и ореховой начинкой, оставить кому-нибудь другому.

— Ага! — Джемм покачала головой. — А кому достанется вишня в ликере?

Ральф засмеялся:

— А вишни в ликере работают в секс-шопах и каждый день возвращаются в квартиру, где их ждет лишь мышиный помет. — Он взглянул на счет, который беспокойная официантка на всякий случай принесла вместе с заказом.

— Наверное, ты прав. Я и сама замечаю за собой некоторый идеализм. Друзья и впрямь не одна только радость, но и головная боль. Ох, не знаю… — Джемм со вздохом опустила подбородок на сложенные ладони и улыбнулась Ральфу. — После слов Пита мне вдруг показалось, что я не так живу. Обидно. Сколько шансов упущено. — Она перевернула чек, чтобы увидеть общую сумму.

— Таких, как Пит, — один на миллион. И это правильно. Не могут все быть такими, как он. И тому, что мы замыкаемся, есть объяснение: инстинкт выживания, самый мощный из всех инстинктов. В восьмимиллионном городе иначе не выжить. — Ральф вытащил из портмоне бумажку в десять фунтов.

— Есть люди, которые всегда жалеют о том, что прошло мимо них. Наверное, и я из их числа. Если меня приглашают на две вечеринки сразу, я, естественно, выбираю одну, а потом мучаюсь, что сделала не тот выбор и пропустила вечеринку века. У соседа трава зеленее и тому подобное…

Она запнулась. За столом повисло молчание.

— К твоим романам это тоже относится? — полушутя, полусерьезно спросил Ральф.