Джонатан Коу - Какое надувательство!

Уважаемый мистер Оуэн.

Могу ли я выразить от имени всех наших жителей, насколько в восторге мы от того, что Вы предпочли обосноваться в незанятом коровнике мистера Нутталла.

Известие об этом всколыхнуло радостью всю ферму. Некоторые из нас даже покрылись гусиной кожей и не могут сдержать животного нетерпения, дожидаясь возможности хотя бы на цыпочках осмотреть ваше новое жилье. Коровы только и м-мусолят эту новость, а лошади просто бьют копытом, предвкушая знакомство с новым соседом.

Сначала Вам может показаться, что некоторые птицы не особо высокого полета при виде Вас странно хохлятся или чрезмерно кудахчут. Но не забывайте, пожалуйста: многие обитатели нашей фермы не настолько образованны, как Вы, — прямо скажем, не могут произнести ни бе, ни ме, ни кукареку. Я надеюсь, что Вас не смутит свинское поведение или ослиное упрямство некоторых Ваших соседей.

Не стесняйтесь и залетайте поболботать в любое удобное для Вас время — мы с моими женами очень любим гостей. Иногда в этом птичьем гомоне жить очень неприятно, а запах здесь бывает как в настоящем свинарнике.

Искренне Ваш,

Петр Петушек

(Почетный Павлин).

Следующий сон, который я помню, — самый короткий из трех, но он был так ярок и жуток, что я орал во весь голос, пока отец не прибежал из спальни меня успокаивать. Когда он спросил, что случилось, я мог пролепетать только, что мне приснился кошмар: надо мной склонялся какой-то человек и так пристально всматривался мне в лицо, что я решил — он собирается меня убить. Отец присел на край кровати и начал гладить меня по голове. Через некоторое время я, видимо, уснул.

Я мог бы, наверное, сказать ему еще одну вещь, только в то время и сам ее не очень понял, а потому сон показался мне таким страшным. По правде говоря, человека этого я узнал — то был я сам. Я сам, только старше, смотрел на себя маленького, и лицо мое изуродовала дряхлость, изрезали морщины боли — как древнюю маску.

Одним из увлечений отца была фотография. У него имелись ящичный фотоаппарат в кожаном чехле и самодельная вспышка, а лабораторию он устраивал в ванной — залеплял окошко черной бумагой и наливал в раковину проявитель, но однажды не подрассчитал и сжег всю эмаль. После этого мама запретила ему пользоваться ванной. А до того он успел приехать на ферму мистера Нутталла и запечатлеть на снимках нас с Джоан на вершине нашего домашнего блаженства.

Да, мы с ней теперь жили вместе. Или, по крайней мере, писали вместе, ибо я с опаской согласился на сотрудничество: мой викторианский сыщик должен был перенестись в эпоху Тюдоров, чтобы распутать одно загадочное убийство по просьбе самого Генриха VIII. (Весь этот сюжет, насколько я припоминаю, был, в сущности, вдохновлен „Машиной времени“, которую в то время отец мне как раз читал на сон грядущий.) Для этого у миссис Нутталл был выпрошен еще один табурет, и мы с Джоан сидели друг напротив друга, сочиняли свои главы и передавали их друг другу по верстаку, а в перерывах дышали свежим воздухом и искали вдохновения, гуляя по миниатюрному садику. Что и говорить — предприятие оказалось безуспешным: историю мы так и не дописали, а когда через двадцать с лишним лет вспомнили о ней, то так и не смогли сказать, что стало с рукописью.

Тем не менее именно в тот краткий период нашего творческого партнерства отец сделал свой снимок. На нем мы запечатлены в характерных позах: Джоан сидит, нетерпеливо выпрямившись, лицо озарено доверчивой ухмылкой, а я наполовину отвернулся от объектива, к губам поднесен карандаш, а голова склонена под весьма задумчивым углом. Отец сделал два отпечатка и подарил нам. Много лет, как Джоан мне потом рассказывала, она держала свой снимок в тайном ящичке рядом с самыми дорогими сокровищами. Я же повесил фотографию у себя в спальне, и вскоре она потерялась — это часто бывает с детскими вещами.

Аукцион-Банк Лтд.

Счетные палаты,

Барыш-стрит, Шиллингам

23 июля 1960 г.

Уважаемый мистер Оуэн.

Мы с большим интересом узнали, что Ваше денежное содержание на карманные расходы недавно выросло на 6 пенсов в неделю. С увеличением Вашего недельного дохода до 3 шиллингов, нам представляется. Вы должны быть заинтересованы в тех новых возможностях, которые мы предлагаем своим экономным вкладчикам.

Например, мы могли бы порекомендовать сберегательный счет „Золотое дно“. Пакет предложений подразумевает минимум инвестиций и максимум роста. Один из наших клиентов, открывший подобный счет лишь в прошлом месяце, уже подрос чуть ли не до 6 фунтов и 6 даймов.