Аллегра Гудман - Семья Марковиц

— Видите ли, Боб, я оптимист, — говорит Эд. — Я вижу подвижки в этом направлении, стремление к умеренности и сдержанности со всех сторон. Нам удалось посадить израильтян рядом с их соседями…

— Вы говорите о мирных переговорах, начатых предыдущей администрацией? — спрашивает Боб.

— Да. В Израиле сейчас такой общественный климат, что переговоры «земля в обмен на мир» больше не воспринимаются, как святотатство…

— Вы имеете в виду, что Израиль готов пожертвовать землей в обмен на мир, — разъясняет слушателям Боб.

Эд закипает: сколько можно прерывать.

— А что вы скажете об усилении активности террористов? Вы же специалист по террору, вас это беспокоит?

— Видите ли, — говорит Эд, — террор — явление сложное, многогранное…

— А что скажете вы, Джордж Заглул? — спрашивает Боб. — Как по вашим наблюдениям: исламский мир отстранился от некоторых аспектов деятельности террористов?

— Разумеется, — отвечает Заглул. — Ислам — религия мира, на протяжении всей своей истории исламисты выдержанно и толерантно относились к меньшинствам. Но, чтобы судить о терроризме, необходимо смотреть не так на газетные заголовки, как на то, что стоит за ними. Когда в мальчишек, швыряющих камни, стреляют из автоматов, это разжигает вражду.

— Нам много звонят, — объявляет Боб. — Давайте поговорим с Кэрол из Сан-Хосе. Здравствуйте, вы на программе «Поговорим о временах».

— Привет, Боб. Мне нравится ваша программа, — говорит Кэрол.

— Спасибо.

— У меня вопрос к профессору Марковицу, — продолжает Кэрол. — Во время войны в Заливе информационные агентства предупреждали нас, чтобы мы летали самолетами лишь в случае крайней необходимости. Я много чего наслушалась про то, как обеспечивают безопасность в аэропортах, и хотела бы узнать, они по-прежнему не советуют летать?

Эд смаргивает.

— На этот счет ничего не могу сказать, — говорит он. — Я вообще-то не слежу за тем, как обеспечивается безопасность в аэропортах.

— Хорошо, Кэрол, спасибо за звонок, — говорит Боб. — А теперь послушаем Джойс из Силвер-Спринг.

— Привет, у меня вопрос сразу к обоим гостям, — начинает Джойс. — Вот вы говорили об исламском мире, а я хотела бы узнать — видел ли кто-нибудь из вас кино «Только с дочерью». Оно основано на автобиографии американки, которая пыталась вызволить свою дочь из Ирана.

— Я его видел, — говорит Эд.

— Я хочу знать одно: так ли на самом деле относятся к женщинам в арабском мире?

— Во-первых, иранцы не арабы, — говорит Эд.

Джойс уточняет:

— Я имела в виду, в мусульманском мире.

— Вот что я могу сказать, — начинает Эд. — В фильме показано, что свобода женщин ограничена, и это, по-моему, верно. Но некоторые эпизоды в фильме явно выдумали. Например, эпизод, в котором женщина связывается с подпольной группой, помогающей людям бежать из страны, на базаре — в этом случае кое-какие детали явно изменены, чтобы не навредить подпольщикам.

— Нет-нет, этот эпизод вовсе не выдумали, — говорит Джойс. — Так было и в книге.

Но тут Боб Кеннеди басит:

— Хасан из Оклахома-Сити, вы в эфире.

— Здравствуйте, это Хасан. Слушаю я ваших гостей и вот что хочу знать: на чьей стороне они выступают, когда призывают нас проявлять сдержанность. Оба они американцы, нанятые Израилем для своей пропаганды.

— У вас вопрос или комментарий? — прерывает его Боб Кеннеди.

— Сначала комментарий, потом вопрос.

— Хорошо. Только покороче.

Заглул добавляет:

— Я не американец, и меня Израиль не финансирует.

Хасан тем не менее гнет свою линию:

— Вы должны понять, программа «земля в обмен на мир» — это пропаганда. Пустые слова израильтян. Ими Израиль прикрывает нарушение прав человека, накопление атомного оружия, террористические покушения на жизнь и собственность.

— Разрешите, я кое-что объясню, — говорит Эд. — В Израиле, как и в любом демократическом государстве, плюрализм мнений, и на протяжении его истории, как и в любой другой стране, политический курс менялся и трансформировался. Однако сказать, что за каждым шагом к ослаблению напряженности не стояло доброй воли…

— Другими словами, дайте шанс установить мир, — подытоживает за него Боб.

— Нет, — вскидывается Эд, — дайте мне докончить мысль.

— Вот видите, — заявляет Хасан, — мир его не интересует. Его интересует лишь общественное мнение, и причина в деньгах, потому что…

— Послушайте, Хасан, — прерывает его Эд, — прежде чем сосредоточить все наше внимание на Израиле, а Израиль — единственная демократическая страна на Ближнем Востоке, давайте вспомним…