Валентин Черных - Ночные сестры. Сборник

Марина только облегченно вздохнула:

— Я погуляю, — и подумала про себя, что с гораздо большим удовольствием переждет «мужской разговор» Кирилла с женихом в машине, все равно кусок в горло в этой довольно напряженной обстановке ей не лез.

Марина вышла. Официант начал быстро расставлять на столе закуски. Получалось, что день этот мог оказаться для него не таким уж плохим.

Кирилл налил себе водки, выпил, закусил грибочками. Еще выпил. Закусил селедочкой.

Жених пил кофе из толстой тяжелой чашки и почти демонстративно посматривал на часы. Кирилл понял эти взгляды и перешел к делу.

— Я здесь недавно. Всего четыре дня. Но Марина сразу произвела на меня неизгладимое впечатление.

— Я рад за Марину. — Жених надкусил ватрушку, и сухой творог осыпался ему на пиджак. Жених не заметил этого, а Кирилл заметил, но ничего не сказал. Так жених и сидел: в темном кондовом пиджаке, обсыпанном творогом.

— Я тоже рад за Марину. — Кирилл с удовольствием хрустнул соленым огурчиком. — Так вот. После недолговременного общения я понял… — Тут уши жениха настороженно дрогнули и покраснели. Кирилл заметил это и неспешно продолжил речь: — Я понял, что Марина — идеальная партнерша по жизни. О такой можно только мечтать. Красива! А какая замечательная фигура! А у ее отца замечательный дом, в котором можно проводить отпуск, и не надо никакой дачи. Она водит машину. Это же замечательно! Можно выпить, и она отвезет домой, можно поручить любое дело, она привезет и отвезет, и самому не надо ездить на рынок, она съездит и все закупит, не надо с ней посылать шофера. И что самое удивительное для провинции — она знает компьютер, значит, она сможет помогать мне в бизнесе.

— Почему вам помогать, а не мне? — Сухая ватрушка опять посыпалась мимо рта стоматолога. Стоматолог покосился на свою грудь, начал отряхиваться, но только размазал творог по лацканам пиджака. Кирилл, равнодушно наблюдая за его манипуляциями, ответил:

— Потому что у вас проблемы более высокого порядка. Вы хотите основать свой бизнес, для этого вам нужен капитал, этот капитал я вам дам, ровно пять тысяч, которые вы просите в качестве приданого.

Жених перевел взгляд со своего пиджака на Кирилла. Кажется, первый раз за все время встречи он смотрел собеседнику прямо в глаза. И при этом что-то в уме просчитывал.

— Я у вас ничего не прошу.

— А я все равно даю. Даю деньги за ваш отказ жениться на Марине. Я женюсь на ней сам. Она мне очень нравится, очень. — Кирилл выпил и снова закусил.

— Вначале ее надо спросить, захочет ли она за вас выходить замуж. — Взгляд стоматолога снова скользнул в сторону.

— От такого предложения ей будет трудно отказаться — сразу переезд в Москву и последующее устройство на работу в лучшую поликлинику.

Все, что говорил Кирилл, явно не укладывалось в привычные жизненные схемы стоматолога. Он нервничал, постукивал ложечкой о край чашки. Потом в глазах его промелькнула насмешка. Кажется, он нашел ответ.

— У вас проблемы? Вы не можете найти себе женщину в Москве?

— Такую не могу. У нее одни достоинства. Я хотел бы получить ответ в самое ближайшее время, потому что прямо завтра я могу уехать и забрать ее с собой.

— К сожалению, должен вам отказать. Для меня ваше предложение не выгодно. Пять тысяч я и так получу в качестве приданого, никуда ее отец не денется, заплатит.

— Хорошо. Десять тысяч отступного вас устроят?

Уши стоматолога нервно дернулись, но сам он сохранял полное спокойствие.

— Двадцать тысяч. Я лишаюсь Марины, мне придется снова искать невесту, а это опять расходы.

— Пятнадцать тысяч.

Официант поставил перед Кириллом дымящуюся осетрину. Стоматолог сглотнул слюну.

— Семнадцать. Вы же получаете женщину с такими достоинствами. Как сказал бы мой друг, готовую к употреблению буквально уже сегодня.

Кирилл доел осетрину, положил нож и вилку на тарелку.

— Отлично! Я привожу деньги, мы встречаемся у нотариуса, и вы пишете расписку о получении денег за отказ жениться на Марине.

— Естественно.

По лицу стоматолога нельзя было понять, действительно он согласен или блефует.

Кирилл заказал себе кофе и сидел, молча разглядывая Марининого жениха. Так продолжалось несколько минут, пока официант не принес счет. Стоматолог расплатился за свой заказ копейка в копейку, тихо поднялся из-за стола и ушел не прощаясь.

Назад ехали молча. Вела Марина. Окна машины были раскрыты, и ветер трепал Маринины волосы.