Бернард Вербер - Империя ангелов

Ни один рецензент не понимает моего намерения: я говорю о людях через поведение животных в обществе. Я в отчаянии. В тех редких случаях, когда мне дают слово, вопросы не позволяют объясниться. Меня спрашивают: «Какова средняя продолжительность жизни крыс?», «Сколько детенышей в одном помете?» Или вот: «Как от них эффективно избавиться?»

Я бы так хотел поговорить хотя бы раз с философами, социологами, политиками. Обсудить решетки заранее определенных ролей, трудности выхода из отношений эксплуататор-эксплуатируемый-автоном-козел отпущения. Но единственным собеседником, которого мне предлагают на одной радиостанции, является специалист по крысиным ядам, который любезно перечисляет все находящиеся в распоряжении людей химические продукты для устранения крыс. Дебаты начать трудно. Остается надеяться на чудо, что о книге пойдет слух. Я ничего больше не могу для нее сделать. Моя задача выполнена. Нужно выкинуть все из головы. Как? Телевизор! Новости.

Крис Петтерс выглядит иначе. Волосы стали другого цвета. Наверняка перекрасился. Он сообщает, что в Арканзасе несколько учеников расстреляли из автоматов своих сверстников в школьном дворе. Тридцать один убит, пятьдесят четыре ранены. Для этого феномена существует специальное слово: «Амок». Перед смертью человек хочет убить как можно больше себе подобных.

Новости всегда производят на меня один и тот же успокаивающий эффект. Чужие несчастья заставляют меня забывать собственные и в то же время дают идеи для новых историй. Крис Петтерс продолжает свой перечень больших и маленьких ежедневных ужасов.

Скандал в банках спермы: большое количество женщин выбрали одного и того же донора, Ханса Густавсона, блондина с голубыми глазами, спортивного телосложения. Мужчина теперь является отцом по меньшей мере полумиллиона детей. Ханс заявляет, что был не в курсе популярности своей спермы и что он сдал ее, только чтобы оплатить учебу. Отныне он будет хранить ее для себя.

Слабое землетрясение в Лос-Анджелесе. Сейсмологи считают, что оно могло быть вызвано подземными ядерными испытаниями.

Медицина: в России обнаружена неизвестная болезнь, рак пупка.

Биржа: понижение курса Доу Джонса.

Я чувствую себя лучше. Все эти люди, дерущиеся за территории или за власть, напоминают крыс из моего романа. Я бросаю взгляд на стол, где лежит моя книга. «Крысы». Она кажется мне живой, волшебной. Пускай теперь живет сама по себе, без меня.

После нападения Криса Петтерса я попросила Ричарда почаще оставаться дома. Я вдруг обнаружила, что значит жить вместе с мужчиной. Все маленькие изъяны, которые Ричард раньше скрывал, вдруг обнаружились.

Я знала, что мужчины все эгоисты, а актеры в особенности, но я не подозревала, что в этом они даже превосходят манекенщиц.

Ричард употребляет наркотики. С самого утра ему нужна дорожка кокаина вместе с кофе и круасанами. Без этого он не может. Во время съемок ему нужно все больше и больше. Он говорит, что это помогает ему играть. Во веяком случае, наркотики сильно подрывают наш бюджет.

Когда он говорит о кино, я начинаю мечтать. Съемочные площадки кажутся мне гораздо более привлекательными, чем фотостудии. Он рассказывает немыслимые истории про режиссеров, которые дерутся с операторами из-за того, что они не могут договориться, где установить камеру.

Публика считает, что актеры умнее нас, топ-моделей, потому что они произносят страстные фразы, написанные авторами диалогов, в то время как я отдаю себе отчет, что в интервью мои мнения обо всем довольно поверхностны. Мне жаль, что я серьезно нигде не училась, образование придает уму широту. Когда мне задают вопросы, я хотела бы, чтобы где-нибудь в уголке сидел лысый очкастый сценарист и говорил, что отвечать.

Надо признаться, в личной жизни Ричард гораздо менее разговорчив, чем в кино. Для него собор Парижской Богоматери всего лишь произведение студии Уолта Диснея, а Париж — городок в Техасе.

Ричард не знает, где находится Португалия или Дания, и ему плевать на них. Он покинул родной Кентукки лишь для того, чтобы демонстрировать свои мускулы в Голливуде, и, чудо кино, эта деревенщина стал любимчиком девчонок всего мира.

Разговоры у нас примерно такие: «Все в порядке, дорогой?» Или: «Все хорошо, моя любовь?» Или еще: «Хорошая погода, а?»

Ричард постоянно занят своей способностью к обольщению.

Однажды, когда мы занимались любовью, он схватил зеркало с ночного столика, потому что хотел посмотреть, какое у него выражение лица во время оргазма. Готовясь к довольно откровенной сцене из нового фильма, он репетировал, под каким углом будет лучше смотреться его подбородок.