Бернард Вербер - Революция муравьев

«Возьми меня, да, возьми меня всю, возьми меня, моя любовь навсегда и на всю жииииииииииизнь. Страсть любви, это страсссссссссть любви», – вопила певица, чей голос был обработан синтезатором и наложен на настоящий голос настоящей певицы.

Жюли, поняв наконец, где находится, вдруг захотела, чтобы Жи-вунг обнял ее. Она посмотрела на корейца.

Он был красив. В манерах его была какая-то кошачья грация. Странное место и необычные обстоятельства только усиливали его очарование в глазах Жюли.

Жюли раздирали чувство стыда, страха перед запоздалым ощущением себя женщиной и новое, почти животное желание «использовать» Жи-вунга.

– Я знаю, – сказал Жи-вунг, – не смотри на меня так. Ты не выносишь никакого физического контакта с мужчиной или кем бы то ни было. Не бойся, я тебя не приглашу танцевать!

Она только было собралась разубедить его, но тут появились два полицейских. Аптекарша описала им двоих грабителей и показала, куда они направились.

Жи-вунг увлек Жюли в середину танцпола, в самую непроницаемую тень, и, повинуясь необходимости, обнял.

Но как раз в этот момент диск-жокей решил включить все освещение. И вся фауна «Ада» возникла из темноты. Тут были травести, кожаные садо-мазохисты, гетеросексуалы, бисексуалы, женщины, переодетые в мужчин, мужчины, переодетые в женщин, женщины, переодетые в мужчин и считающие себя женщинами. Все, с потными лицами, энергично двигались.

Полицейские шли сквозь танцующих. Если они узнают двух «муравьев», то они их арестуют. Осознав это, Жюли совершила немыслимое. Она обхватила руками лицо корейца и стала целовать взасос в губы. Юноша обомлел от изумления.

Полицейские бродили вокруг них. Поцелуй продолжался. Жюли читала, что муравьи тоже занимаются чем-то подобным – трофоллаксисом. Они отрыгивают из желудка пищу и обмениваются ею через рот. Но она пока к таким подвигам готова не была.

Полицейские смотрели на них с подозрением.

Оба «муравья» закрыли глаза, как страусы, не желающие видеть опасность. Теперь они слышали только голос Александрины. Жюли хотелось, чтобы мальчик и дальше сжимал ее своими мускулистыми руками, все сильнее и сильнее. Полицейские уже ушли. Словно двое влюбленных, случайно подошедших друг к другу слишком близко, Жюли и Жи-вунг неловко разомкнули объятия.

– Извини меня, – прокричал он ей на ухо, поскольку иначе Жюли в этом шуме его не услышала бы.

– Обстоятельства нам просто не дали выбора, – ответила она уклончиво.

Жи-вунг взял ее за руку, они покинули «Ад» и вернулись в революцию тем же подземельем, которое позволило им ее покинуть.

ОТКРЫТИЯ ЧЕРЕЗ ИГРУ: в шестидесятые годы во Франции один коннозаводчик купил четырех прекрасных серых скакунов, очень похожих друг на друга. Характер у каждого из них был трудный. Как только они оказывались рядом, они начинали драться. Запрячь их вместе было невозможно, так как каждый тянул в свою сторону.

Ветеринару пришло в голову поставить их в соседние стойла, а на общих перегородках разместить игрушки: колесики, которые можно вертеть мордой, мячи, которые можно ударом копыта перегонять из стойла в стойло, разноцветные геометрические фигуры на веревочках.

Он постоянно менял лошадей местами, так что они все познакомились и начали играть друг с другом. Через месяц четыре скакуна стали неразлучны. Их не только можно было запрячь вместе, казалось, они и работу воспринимали теперь как игру.

7-й, заметив на стене увеличенные тени стоящих рядом с костром насекомых, берет кусочек остывшего угля, валяющийся у очага, и решает воспроизвести на стене неподвижный силуэт. Закончив работу, он показывает ее остальным, которые, думая, что имеют дело с настоящим насекомым, пытаются заговорить с наброском.

С большим трудом 7-му удается объяснить муравьям, что перед ними всего лишь рисунок. Так возникает способ изображения действительности, вначале сильно напоминающий наскальные рисунки в гротах Ласко, но затем развивающий свой особый стиль. Тремя штрихами угля 7-й создает мирмекийскую живопись. Он долго смотрит на свое произведение, потом находит, что черный цвет недостаточно полно передает суть вещей. Надо добавить красок.

Но как?

Первой осенившей его идеей было позаимствовать кровь у серого муравья, подошедшего полюбоваться его работой. Так 7-й добывает белую краску, наносит, и она придает рельефности мордам и усикам. Получается довольно хорошо. Серый муравей не слишком жалуется, он принес первую жертву на алтарь искусства насекомых.