Александр Петров - Сестра Ноя

— Про Дивеево расскажи, – напомнил Юра.

— Да, да, в Дивеево мы отправились в паломничество в первый же праздник преподобного Серафима Саровского. Народу тогда приехало со всех краёв – не меньше миллиона! Это был по–настоящему великий праздник, когда все тебе улыбаются, и не важно кто ты и откуда – главное, свой, православный. Мы обнимались с украинцами, сербами, немцами, американцами, поляками и даже австралийцами – все братья и сестры, все нас любят, и мы их. Мы там остались и пожили еще неделю, уже в тишине – народ после воскресной литургии разъехался и стало безлюдно и спокойно. Признаться, появилось у нас желание остаться там навсегда. Мы уже познакомились с местными жителями, такими же как мы парнями, которых привлек батюшка Серафим, и даже приглядели себе жильё и работу. И остались бы, если бы не слово, данное Юре: помогать ему здесь, на заводе и в поселке.

— Не отклоняйся от темы, – сказал Юра. – А ты, Маша, прекрати чистоту этим грязнулям наводить и тоже слушай.

— Да я уже все убрала, только чай поставлю. – Маша успела за разговорами убрать со стола, перемыть посуду и заварила чай. – А ты, Васенька, рассказывай, я очень внимательно слушаю. Правда!

— Там, в Дивееве, у Троицкого собора похоронен иеромонах Владимир Шикин. Очень любили его, многим он помог, даже экзерсисом занимался, нечистых изгонял. Нас местные парни приучили каждый день прикладываться к кресту, что на его могилке. А однажды увидели мы там мужчину, примерно наших лет. Он долго стоял на коленях, обняв крест. Люди подойдут, он отодвинется, чтобы им не мешать, обхватит голову руками, стонет, зубами скрипит. Приложатся паломники к кресту, отойдут, он обратно обхватывает крест, затихает, успокаивается – видимо, получал ослабление мучений. Так он там двое суток и просидел в обнимку с крестом.

Василий съел кусок торта, запил чаем, протяжным мычанием похвалил хозяйку и продолжил:

— А на третий день видим: идёт навстречу бедолага. Спокойный такой, улыбается… Мы подошли к нему, познакомились, разговорились. Оказалось – наш коллега, научный работник, только специалист не по психотронике, а по отравляющим веществам. У него такая же история: коллеги сошли с ума, умерли, а он сам «заболел на голову». Сказал, что души отравленных им людей окружают его и мучают. Только в церкви он и получает послабление. Эти «голоса» на него приступами находят. Особенно терзали во время праздника батюшки Серафима. Но после того, как все разъехались, он сподобился причаститься и «голоса» отступили. Во всяком случае, когда он с нами говорил, производил впечатление совершенно здорового человека.

— Как страшно‑то! – прошептала Маша. – Какой хрупкий все‑таки человек!

— Вот, вот! Именно такой реакции от нас и добиваются супостаты, – сказал Василий. – Мы тут с батюшкой на эту тему говорили. Тоже, знаешь ли, в приступе страхования пришли к нему в келью и давай панику нагнетать с помощью научных терминов. А он, надо сказать, прошел войну разведчиком, потом восемь лет в лагерях за то, что в роту бой поднимал не с криком «за Родину, за Сталина», а со словами: «Ну, братья, с Богом!»

— Нашелся в роте боец, которого командир своим телом от пули заслонил, – вклинился Николай. – Дело в том, что от ротного пули отлетали. Он был защищен благодатью Божией. За всю войну лишь одно легкое ранение! Вот он и прикрывал солдатиков собственным телом. А тот Иудушка в благодарность «заявил» на своего спасителя.

— Да, батя у нас великий подвижник, – подтвердил Василий. – Смиренный, тихий, радостный, будто уже душой в раю проживает. А здесь, на земле лишь телом, как апостол Павел, «потому что это лучше для нас». Так вот, что он нам сказал. Во–первых, по слову Исаака Сирина, «знания противодействуют вере». Именно суетные знания, которые уводят человека от веры в слова Спасителя, что «ни один волос с головы человека не упадет без воли Божией». Во–вторых, как говорил мудрец Соломон, «нет ничего нового под луной» – и эти попытки поработить человека с помощью новейших технических или химических средств – всё тоже, старое как мир, соблазнение человека в раю змием: «преступи Божию заповедь и будешь как бог». Ничего нового! Что нам сказано в Библии?

— Ведь это книга, с помощью которой Бог–Слово истинным Своим словом говорит с человеком! – снова вклинился Николай.

— Верно, брат! – Кивнул Василий. – Нам сказано: «Если что и смертоносное выпьют, не повредит им» (Мк. 16, 18). Это касается и еды, и воды, и химических, и электронных воздействий. Мы обязаны ограждаться верой: «Не боящеся, – сказано, – ни единого страха» (1 Петр. 3, 6). Потому что эти страхи нагнетает враг. Это его тактика, это было всегда… А у нас один должен быть страх – Бога не оскорбить гордостью! Но этот страх Божий –«радостотворный», то есть, радость творит. Тебе враг предлагает пойти на грех, ты отклоняешь зло, сотворишь благую молитву – и вот тебе сразу и радость и, мир в душе!