Геннадий Сазонов - Открыватели

— Зуботехник?! — предположили поселковые. — Или жениться приехал… На ком же?

Сашка оглядел местность через плечо, поддернул галстук, закурил длинную сигарету и вошел в поселок.

О прибытии постороннего человека тут же было доложено Еремину. Алексей Иваныч погрузил в самолет начальницу планового отдела с проектно-сметной документацией, помахал ей ручкой и, разбрызгивая лужи, помчался за Сашкой.

Сашка зашел в рыбкооп, потом в орс, побыл там недолго и, перепрыгивая через канавы, заторопился к конторе оленсовхоза.

— Кто он, Федя? — спросил Алексей Иваныч председателя рыбкоопа.

— Он, Ляксей, завхозил в Ямальской экспедиции, — пробасил Федя. — Документы у него чистые, но под глазом фингал, — недоуменно развел руками председатель. — Трудовая не порчена, а рука дрожит. Но спиртным, обратно же, не пахло…

— Потому и не взял? — допытывается начальник. — Подозреваешь?

— Да нет! — махнул рукой Федя. — Мое жалованье ему не подходит, а так он ничего…

— Так… Фамилия его? Абдулов? Так! Алле, станция? Станция, дайте мне оленсовхоз, директора… Прокоп Фомич, — Еремин. Да, дела блеск… У тебя Абдулов? Ну и чего? Склизкий?

— Знаешь, Алексей, в его речах какая-то темнота, — загудел в трубку директор. — Как-то он изгибами говорит… Велел ему подождать пока.

— А фингал видел? — с угрозой спросил Алексей Иваныч.

— Фингал ладно… — ответил директор.

— Это ему при расчете! — твердо заявил начальник. — Книжку не стали портить.

— По-ни-маю! Это я тебя отлично понимаю! — воскликнул директор и крикнул кому-то в гулкий коридор — Не ушел еще приезжий? Так вот и скажи ему; директор раздумал.

Так начальник начал операцию и выловил завхоза. Пусть с фингалом, но зато с опытом работы. А то, что тот с изгибами говорит, Алексея Иваныча не больно волновало.

— Иди-ка сюда, Абдулов! — вышел начальник навстречу Сашке, на самую середину поселковой улицы.

— Кто?! Я?! — вздрогнул Сашка и оглянулся. Впереди и сзади маячили волосатые решительные парни. — Я, что ли?

— Да, ты! Иди-ка сюда, — ласково подозвал начальник. — Третий день тебя встречаем.

— Третий? — ужаснулся Сашка и дернул себя за галстук.

— Мне из Ямальской сообщили, что ты сюда нацелился, — миролюбиво улыбнулся начальник.

— О! Шайтан! — воскликнул Сашка. — Как они дознали?

— Дело знают, — усмехнулся Алексей Иваныч. — У тебя, Абдулов, остался один-единственный шанс!

— Шанс?! — вздрогнул Сашка и дотронулся до фингала. — Я честный человек! И вас совсем не знаю!

— Един-ствен-ный выход, — отчеканил начальник, — идти ко мне завхозом!

— Нет! — отрезал Сашка и гордо вскинул голову.

— К окладу пятьдесят процентов полевых…

— Нет! И нет! — завопил Сашка. — Добровольно? В такую кабалу? Нет!

— Премию дам! — твердо пообещал начальник.

— Я ваш юмор совсем не понимаю! — оскорбился Сашка и поправил на себе планшетку. — Я всю вашу жизнь, — завопил вдруг Сашка, и начальник поднял брови, не ожидал он такой громкости, — всю вашу жизнь дотла знаю! Вербовка сплошная! И при такой калькуляции вы о завхозе не думаете, об уважении к нему!.. Нет!

— Ну, ладно! — поскучнел начальник. — Мы для тебя — вербовка… Но в гости-то зайди, в поселке столовая закрыта. Что мне твой прежний начальник скажет?

— Он-то скажет, — неуверенно протянул Сашка и переступил в своих хромачах.

— А ну-ка, парни! — махнул рукой начальник, и студенты во весь голос заорали:

— Сколько вас?! — зажмурился Сашка.

— С тобой — сорок один! — ответил начальник.

— О, шайтан! Али-Баба и сорок разбойников, — отрезал Сашка и независимо сел за стол.

Никогда не думал, что столько сможет проглотить невысокий, щуплый человек с запавшими щеками. Сашка опрокинул в себя миску ухи, миску борща, миску макарон по-флотски, гречневую кашу, банку тушенки И банку сгущенки, выпил чайник густого до черноты чая, а начальник пододвигал ему жареную рыбу — трещали рыбьи головы, пододвигал пряники — и те исчезали в Сашке.

— Рубай, Александр! — подбадривал Алексей Иваныч. — На Ямале так не кормили?

— Кормили, — с набитым ртом, невнятно ответил Сашка.

Начальник принялся потихоньку окручивать Сашку, но вскоре стало ясно, что он не больно-то сопротивляется, хотя упрямо выдвигает один и тот же тезис:

— Завхозом не могу! — уперся Сашка. — Но мог бы больше пользы принести как заместитель.

— Каким заместителем?

— Заместителем начальника по хозяйственной части, — отрезал Сашка.