— Тебе что — в жизни их не хватило?
— Нет, представь себе, не хватило. Как себя помню, читаю одну и ту же книгу: увесистый том, величественный талмуд, ходячую энциклопедию, священную Библию.
— Черт, после таких сравнений я начинаю себя любить несмотря на утро. Иди ко мне, я тебя почитаю, вслух, — хотел ухватиться я за подол ее платья, но поймал только его тень.
— Кто-то же должен работать, — собралась выходить из комнаты Лучана.
— Хорошо, что у меня нет долгов.
— А как же твои читатели?
— Я же с ними не живу.
— Зато они с тобой периодически.
— Что-то я не почувствовал.
— Вот! И я замечаю, что ты становишься бесчувственным.
— Это точно, когда я вижу тебя, нюхаю, трогаю, слышу, пробую, я все время думаю: зачем мне эти пять чувств, не будь шестого.
— Ну как мне после такого работать? — отпустила она ручку двери и подошла к кровати, где я тут же скомкал ее в свои объятия.
— Повышенная влажность белья?
— Откуда в твоей лохматой башке столько женщины? — начала она ласково шерстить мои волосы.
— От тебя.
— Или от тех, с которыми ты спал.
— Мне даже подумать страшно, с кем только я не спал.
Лучана глянула на меня неодобрительно. Как всякий голый мужчина, я начал оправдываться:
— Ты сама только что так сказала. А представь, со сколькими переспал Шекспир или Толстой? Спать с книгой считается изменой?
— А как же. Так что дописывай, чтобы я тебе не изменяла с другими. Все, мое время вышло, а я еще нет, — выскользнула она из мужских сонных объятий и поспешила в коридор к зеркалу, которому обязательно должна была понравиться, чтобы выйти из дома с подходящей маской.
* * *
— История любви? — поинтересовалась Фортуна.
— Мужчина и женщина. О чем еще можно снимать в Италии.
— А как они познакомились?
* * *
«Будучи женщиной самодостаточной, я легко могла привлечь, соблазнить, влюбить, но влюбиться… Как это было неосмотрительно с моей стороны, как опрометчиво, как безумно, как сногсшибательно…» — пыталась она причесать эту непослушную мысль, нежась в утренних лучах мужских поцелуев.
— Никогда не спала с первым встречным, — сказала она мне, лежа на кровати и наблюдая, как я натягивал джинсы.
— Ну и как? — застегнул ширинку.
— Что-то в этом есть.
— В этом — это во мне? — накинул рубашку на свое мускулистое тело.
— И в тебе тоже.
— На самом деле, это я был в тебе, — посмотрел на нее с улыбкой.
— Ну, и что там?
— Честно тебе сказать или соврать? — нашел под кроватью свои сандалии.
— Лучше соври, мне еще целый день работать сегодня.
— Хорошо. Там было необычно, — снова сел на кровать, которая еще не остыла от ночи, и обул одну ногу.
— Что значит необычно?
— Хочется повторить, — влез ногой во вторую.
— Спасибо! Из тебя вышел бы отличный любовник.
— К счастью, из меня могу выйти только я, и то не самостоятельно, а когда выведут. Забыл, где у тебя выход. Ты не помнишь, как я к тебе вошел?
— Через сердце, — стянула она с плеча простыню и оголила в знак доказательства левую грудь. — Выход там, — указала мне рукой на проем в стене.
— Никак не могу привыкнуть к твоему окну. Ну пока, — поцеловал я ее на прощание в сосок. — И извини, что вошел так бесцеремонно.
— К черту извинения, продолжай, ничего такого раньше не чувствовала.
— Я тоже.
— Позвони мне, если это желание у тебя не пройдет, — снова укутала она простыней открытые части своей суши.
«Все проходит, кроме меня самого», — подумал я и вышел в окно. Сделал по асфальту несколько шагов, оглянулся на древний дом. Тот уже просел и пустил корни, а посему первый этаж стал вровень с тротуаром. Достал из кармана сигареты, положил одну из них в рот. Прикурил и затянулся. Вроде бы выходишь в окно, а жизнь продолжается. И ничто ее не в силах остановить, кроме случайных знакомств.
* * *
— А как вы туда попали? — гладила чашку Фортуна, будто та должна была ей ответить.
— В Италию? — уточнил Павел.
— Ну да, в кино.
— Как и все, случайно.
Во всем виноват кофе. Я летел в отпуск в Болгарию. Обычный рейс, обычная стюардесса налила обычный кофе и передала мне. И вот когда кофе был у меня почти в кармане, сосед мой неожиданно решил поменять позу, да так, что кофе действительно оказался в моем кармане.
Мужчина, как мне показалось, не сразу понял, в чем дело. Глаза его были наглухо зашторены темными очками. Тихо сказал:
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу