Джонатан Коу - ЭКСПО-58

Дорогой Томас, наконец-то я получила от тебя письмо! А то я уж испугалась, что ты по рассеянности забыл свой собственный адрес или что у вас в Бельгии забастовали почтовые работники. Но теперь-то я понимаю, что просто ты очень занят. Могу себе представить, какая у вас была запарка перед самим открытием выставки.

Очень рада, что ты уже с кем-то подружился. Уж кому-кому, а мне хорошо известна твоя страсть к ядерной энергетике, так что теперь ты всласть наговоришься с мистером Баттрессом. А я — какой из меня собеседник? Теперь я начинаю понимать, что в Тутинге ты просто умирал от скуки, поэтому Брюссель для тебя — настоящее спасение. Хотя было бы неплохо, если б уехали туда втроем.

В своем письме ты забыл спросить о нашей дочери. Ну да ничего. Я думаю, ты будешь рад узнать радостную новость — она уже ползает! Если ты помнишь (хотя вряд ли), когда ты уезжал, она уже хорошо держала спинку. И тут в субботу я посадила ее рядом на пол и стала заваривать чай для мистера Спаркса. Я вышла в сад только на минутку, чтобы отнести чай, и вдруг — представляешь? — оборачиваюсь и вижу нашу малышку Джил! Она выползла из кухни и добралась до меня! Вот какой у нас уникальный ребенок!

Ты, наверное, захочешь спросить, а что же делал у нас в саду мистер Спаркс. Знаешь, он мне очень помогает — ведь я мыкаюсь тут одна. В четверг я смотрела церемонию открытия, а потом пришел мистер Спаркс, потому что у него забарахлил телевизор. И мы вместе искали тебя в толпе людей. Ты ведь наверняка был на открытии. А потом мистер Спаркс попросил разрешения осмотреть наш сад и в результате сказал, что там есть недоделки. Ты ведь и впрямь кое-что не довел до конца, дорогой. Например, недовыкопал пруд для золотых рыбок. И мистер Спаркс очень деликатно спросил, не будет ли тебе обидно, если он мне немножко поможет. Я не могла спросить твоего совета, но была уверена, что ты не станешь возражать. Поэтому в субботу мистер Спаркс пришел с лопатой и очень быстро выкопал глубоченный пруд. Надо же — такой худой человек и такой сильный! В воскресенье он заполнил пруд водой и обещал, что в следующие выходные мы съездим в истшинский [35] East Sheen — пригород Лондона. аквариум и купим рыбок, водяных лилий и всяких водорослей. Думаю, ты будешь рад увидеть всю эту красоту, когда вернешься.

Ну вот, наша малышка проснулась и плачет, зовет свою мамочку. Жду твоего скорейшего ответа, милый. За меня не волнуйся. У меня все хорошо, и скучать мне некогда.

Твоя любящая жена Сильвия.

19 мая 1958 года .

Дорогая Сильвия,

был рад получить от тебя весточку. Что ж, теперь, по крайней мере, я за тебя спокоен. Нам ужасно повезло, что у нас такой хороший сосед. Надеюсь, дорогая, ты не злоупотребляешь добротой мистера Спаркса и что он не появляется у нас каждый божий день. Было бы неправильно отрывать его от забот о собственной болезной сестре. С другой стороны, тебе виднее.

Прости, что не сразу тебе ответил. В последние две недели у меня было очень много работы. Думаю, ты догадываешься, что я постоянно нахожусь в «Британии», куда, кстати, приходят толпы наших соотечественников. А в последние дни мы просто не знаем передышки. Сначала в Британский павильон наведалась делегация из Бристольской торговой палаты. Потом, через несколько дней, в Церемониальном зале играл лондонской симфонический оркестр. Ну и, конечно же, после концерта все музыканты завалились к нам в «Британию», чтобы опрокинуть по кружечке пива. Мы носились, высунув языки, чтобы напоить и накормить каждого — начиная от контрабасистов и заканчивая тарелочниками. Поскольку мистер Росситер в это время мирно дремал в погребе, вся нагрузка легла на остальных. «Свистать всех наверх» к нему не относилось, потому что его было не добудиться. Так что даже Аннеке к нам подключилась.

Да, кстати, кажется, я тебе еще не писал про Аннеке. Аннеке — мой настоящий ангел-хранитель. Она работает хостес, и именно она встречала меня в аэропорту еще во время первой поездки сюда. И теперь мы часто пересекаемся во время работы. В тот день, когда мы обслуживали музыкантов, Аннеке пришла в паб со своей подругой Кларой. Они хотели отдохнуть и перекусить, но вместо этого помогали нам.

Но я тебе еще не все рассказал. Дело в том, что Клара до смерти влюблена в Тони Б., поэтому все свободное время она проводит в британском павильоне, чтобы только увидеть его, а Тони, в свою очередь, от нее прячется. Мне жаль бедную Клару. И из-за Тони, и из-за того, что она работает в магазинчике «Преданье старины глубокой» при своего рода музее под открытом небом «Веселая Бельгия». Клара изображает там пекаря — так что работа у нее не столь престижная, как у Аннеке.