Антон Тарасов - Подводные камни

— Что я? — захохотала Марина. — Это же он пьет, а не я! С ним и разбирайтесь. Не хотел бы — не пил бы, а у меня важные дела и мне нужно собираться. А я тут стою несобранная и слушаю эти бредни. Отстаньте! Своими делами займитесь. Слышите?

Марина нисколько не вышла из себя. Происходящее представлялось ей очередным маленьким приключением, которое скоро останется в прошлом, и не только потому, что забудется, но и по причине смены ею среды обитания. Все-таки жизнь в коттеджном поселке — это не прозябание в трущобах, коими она считала старые кварталы в центре города.

— Как вы мне все надоели, даже не представляете, — бросила Марина соседкам, выходя их квартиры. — Как я буду рада, если вы друг другу перегрызете глотки! Надоели ваши выяснения отношений. Это что, жизнь?

— Мариночка, зачем ты так… — вздохнула соседка, та, что знала Марину еще ребенком. — Одумайся, это все мелочи, мы же не со зла друг на друга и на тебя кричим.

— Ага, еще бы вы на меня кричали! — Марина внимательно осматривала себя в зеркало. — Да плевать мне на вас! Живите, как хотите!

Марина всегда была спокойна и говорила такие вещи в лицо, отчеканивая каждое слово, от чего все сказанное звучало во много раз обиднее. Она убивала людей не словами, а своим невозмутимым спокойствием и отношением к жизни, которая должна была ей принести несметные богатства лишь за то, что она о них ненароком подумала и захотела ими обладать.

По указанному на визитке адресу на Кронверкском оказался старый дом, вход в который скрывался за чугунной решеткой и детской площадкой. Пройдя через калитку, Марина разглядела маленькую табличку «Агентство недвижимости».

Офис был на первом этаже. Массивная металлическая дверь с трудом поддалась. Показался длинный, плохо освещенный коридор. Пахло дешевым освежителем воздуха и растворимым кофе. Пройдя по коридору, Марина попала в приемную — помещение с маленьким окном, со вкусом обставленное. На стенах висели картины — какие-то круги, квадраты с вписанными треугольниками, лишь на одной были изображены подсолнухи.

— Чем я могу вам помочь? — поинтересовалась женщина в брючном костюме, сидевшая за столом и сыпавшая сахар в чашку с кофе.

Марина вздрогнула: когда она вошла, ей показалось, что в приемной никого нет. Марина посмотрела на секретаршу испепеляющим взглядом, ни одна деталь не ускользнула от ее внимания. За сорок, безвкусно одета, накрашена дешевой помадой, тени нанесены неумело, волосы плохо прокрашены, видны седые корни, пьет растворимый кофе — как любила выражаться Марина, случай очень тяжелый.

— Я к Михаилу Петровичу, уважаемая, — недовольно ответила Марина. — И мне нужно попасть к нему как можно быстрее.

— У вас назначена встреча? — спокойно спросила секретарша.

— Какое вам дело, назначена или нет? Мы с ним договаривались, и мне нужно его видеть, чего тут непонятного? — Марина не умела скрывать свою неприязнь. Если с мужчинами она умела быть скрытной, притворяться, чтобы добиться своего, то с женщинами обращалась бесцеремонно.

— Вам придется немного подождать, — секретарша закончила помешивать кофе. — Присядьте вон туда, на стул. Чай или кофе? Все перед вами.

Действительно, на стеклянном журнальном столике стоял электрический чайник, несколько перевернутых чашек на салфетке, ложки, баночка с кофе, пачка чая и сахарница, доверху набитая кусочками рафинада. Марина поморщилась.

«Между прочим, в твои обязанности входит самой приготовить посетителям кофе, — размышляла, присев на стул, Марина. — Ну и секретарша, я балдею! А с виду приличная контора!»

В следующее же мгновение секретарша, сделав глоток кофе, поперхнулась, кашлянула и выронила чашку из рук. Чашка со звоном упала на пол и разлетелась на куски, так и оставшиеся лежать в лужице кофе. Ложка отлетела дальше и со звоном ударилась о стену.

— Что там, Галя? — послышался чуть хрипловатый голос из соседнего помещения.

Оттуда вышел молодой человек в сером костюме с красным галстуком из натурального шелка. Глаз Марины подмечал такие детали мгновенно — она оценивала совсем не характеры — личные качества, внешность. Шелковый галстук — символ успеха, а успешные мужчины должны принадлежать ей, но ровно до тех пор, пока они успешны.

— Вот, уронила чашку, разбила, — стала оправдываться секретарша. — Сама не знаю, как это произошло.

— Да не волнуйтесь, Галя, это все мелочи, успокойтесь и не обращайте внимания, сдадим документы, и будут выходные, — молодой человек присел, собрал осколки, выбросил их в корзину с бумагами, потянувшись, достал лежавшую у стены ложку. — Сейчас салфеткой здесь вытрем пол и забудем об этой маленькой неприятности. Я подготовил бумаги в архив и документы в налоговую. Зарегистрируете?