Олег Красин - Дети Метро

— У нас пока есть люди, которые этим занимаются. Стас хорошо справляется. Сейчас сидели с ним на переговорах и почти подписали договор о поставках.

— А если бы он вдруг ушел из компании?

— То есть, как ушел, куда? — Камо испытующе посмотрел на Белорыбова, — ты что-то знаешь, чего я не знаю?

— Нет, я ничего не слышал, но все-таки, если бы он ушел, мог бы я рассчитывать на это место?

Камо задумался. Он барабанил пальцами по ореховому столу, стоявшему перед диваном, рассеянно смотрел на свои перстни. Эти золотые перстни, мерно двигаясь на пальцах вверх и вниз, помогли ему думать, подобно тому, как огонь свечи помогает другим людям погружаться в себя.

Разговор, начатый главным бухгалтером, насторожил его, потому что, просто так эти разговоры не ведутся, уж он-то знал. У Белорыбова определенно что-то на уме, но что — он не пока говорил, скрывал, разыгрывал из себя дипломата.

— Хорошо, Саша, я услышал. Подумаю, куда тебя двинуть, если Стас уйдет, — сказал Камо, приветливо глядя ему в глаза, своими маленькими колючими глазами, — если хочешь перейти в бизнес, то препятствий нет, ради бога! Я всегда иду навстречу таким просьбам. Ты работник хороший, меня никогда не подводил. А с бизнесом? Не боги горшки обжигают — справишься! Я вот что хотел спросить, ты серьезно говорил о Стасе или так, для примера?

Камо так спокойно, без негативных эмоций поддержал стремление Александра перейти в другую сферу, что тот, обманутый этой показной доброжелательностью, вдруг решил, что может быть откровенным с хозяином, обо всем ему рассказать. И он, словно прорвавшая плотина, излил на Камо Карапетовича всё, что стало ему известно о бизнесе Гусарова после нескольких дней изысканий.

— А Максим в теме? Как считаешь? — спросил тот, покачивая головой, словно удивляясь людской жадности и непорядочности.

— Про Макса точно сказать не могу, но думаю, что он тоже завязан, — ответил Белорыбов, которого распирало от компрометирующей информации.

— Спасибо, что рассказал! — Камо поднялся с дивана и подошел ближе к Александру, — ты сделал абсолютно правильно. Я давно думал, что Стас замутил свой бизнес, только не знал подробностей. Можешь выписать себе бонус в размере месячной платы. Молодец, молодец! Об этом пока никому не говори, я решу, что делать дальше.

— Спасибо, Камо Карапетович!

Белорыбов встал с кресла и вышел из переговорной, оставив в глубокой задумчивости хозяина автосалона. Александр был окрылен разговором. Ему казалось, что всё складывается удачно и осталось только несколько шагов до осуществления задуманного. Он будет действовать осторожно и последовательно, как говорят англичане: «step by step».

«Если всё срастется, то скоро Стас и Макс получат пинком под зад, — довольно думал он, — и Камо назначит меня, у него нет других вариантов. Я здесь буду рулить, а не они! Надо будет узнать пароль Гусарова на компьютере, а то Стас свалит и удалит всю инфу. Перетру эту тему с нашим айтишником, чтобы аккуратно залез к нему в комп».

Вечерело, за окном опускались осенние сумерки. Посидев еще немного за своим столом и проверив входящую электронную почту, Белорыбов решил, что сегодня сделал вполне достаточно, а с компьютерщиком успеет поговорить. Его действия теперь полностью зависели от действий Камо, и торопиться он не будет.

Поскольку Белорыбов свою машину не брал, то домой он решил вернуться на метро. Он уже давно не ездил в подземке и начал забывать этот запах, эту суету и толкучку внизу, у эскалаторов, на перронах станций.

Он сел в вагон на красной ветке, чтобы поехать на Юго-Запад. Сегодня ему пришлось одеться потеплее, потому что в Москве с утра похолодало. Восточный ветер сменился на северный, небо заполонили серые тучи, такие серые и мрачные, будто несли по краям снеговые заряды. Но в конце сентября было еще не холодно, и ночная температура не опустилась в минус.

Темно-зеленая куртка Белорыбова была без подстежки, тем не менее, она делала его толще, чем он выглядел на самом деле, оттопыривалась на животе. В руках Александр держал модную кожаную сумку с длинными ручками, похожую на кейс для ноутбука. Как всегда в конце дня в метро было много народа, спешащего по домам.

При входе в вагон Белорыбова с силой подперли сзади, а потом, уже внутри, сдавили со всех сторон, так, что дышать стало тяжело. «Как они могут здесь ездить каждый вечер? — подумал он с ненавистью ко всем этим, окружавшим его людям, — только быдло можно перевозить в таких условиях, возят как скот. Но, раз эти люди так ездят и не парятся из-за неудобств, значит довольны. Сплошное быдло!»