Иван Сажин - Полигон

На полигоне находились танки двух батальонов, спецмашины, летучки, тягачи.

— Разрешите послать один экипаж к столовой военторга? Просят помочь погрузить на машину большую палатку.

— Тоже нужное дело, — заметил капитан. — Разрешаю.

Русинов подозвал сержанта Адушкина, сказал ему, что нужно сделать, добавив:

— Через десять минут быть на месте.

Забрался в танк, где было тенисто и прохладно, как в блиндаже. Остывшая за ночь броня еще не прогрелась. В люки падал дневной свет. Поставив чемодан внизу, справа от себя, положив на казенник орудия шинель, он опустился на свое сидение, задумался. Вон ведь как все обернулось! Приласкала его любушка-голубушка — и оттолкнула. Замужем она…

Русинов недолго отдавался горестным раздумьям. Рассудив здраво, пришел к выводу, что ничем иным и не могла она утешить его. Жизнь у нее отлажена, как говорится, на мази. Что ей, с мужем разводиться? И ему тоже нечего загадки загадывать. Что из того, что увлечен! Не бегать же по пятам за ней, не подкарауливать за углом, чтобы вымолить новую встречу, ведь не мальчишка уже…

Познакомились они прошлой осенью. В тот вечер Анатолий пришел на ужин в военторговскую столовую почти последним. Торопливо проглотил остывшие блинчики со сметаной, запил их стаканом теплого молока и расплатился. На улице шумел дождь, крупный и частый. Выйдя, Анатолий снял с ремешка свернутую в рулончик плащ-накидку, спасительницу от осенней непогоды, раскатал ее, встряхнул, накинул на плечи. И тут увидел, что у крыльца под навесом стоит молодая статная женщина.

— Забуксовали? — спросил он дружелюбно.

— Забуксуешь, — отозвалась она с досадой в голосе. — И откуда он взялся? Только собралась идти — вот тебе, полило на голову. А я по глупости зонт дома забыла.

— Наверное, ненадолго…

Холодные капли зернисто сверкали в свете призрачно-голубых уличных огней, шумели на крыше столовой, хлюпали в желобах. Небо нависало низко и мрачно.

— Да кто его знает! — с сомнением сказала молодица. — Ишь, какой шпарит без передышки. А мне надо срочно домой.

— В таком случае приглашаю к себе под крыло, — джентльменски предложил Анатолий, распахивая плащ-накидку.

— Придется, — согласилась попутчица.

Он укрыл ее полой накидки и повел по шумящей от ливня улице, выспрашивая, как ее зовут и откуда она. Он-де не видел тут таких ладных да пригожих. Женщина весело усмехалась, говоря, что он плохо смотрел. Она здешняя, заведует той самой столовой, в которую он ходит обедать.

— Вот как! — воскликнул Русинов. — А вы, товарищ заведующая, очень молоды для столь солидной должности.

— Вполне возможно.

— Разрешите пригласить вас завтра на танцы в Дом офицеров.

— Я свое оттанцевала. Уже четыре года замужем, двое детей. Старшего лейтенанта Сулиму знаете?

— Как не знать! В соседнем батальоне служит. Значит, он и есть ваш муженек?.. Понятно, — вздохнул Анатолий.

— Что же вы сразу приуныли?

— А чему радоваться?.. Как встретишь касатушку по нраву, так оказывается, что она замужем.

Люба заразительно смеялась, вынуждая попутчика сбиваться с ноги. Дождь захлестывал под плащ-накидку, и им волей-неволей приходилось прижиматься друг к другу.

— Шутник вы! — обронила она. — Как вас зовут?

Лишь только он назвался, снова расхохоталась.

— Так это вы зимой хотели увести жену нашего соседа из Дома офицеров?.. О, Русинов, вы опасный человек!

Он тоже рассмеялся.

— Она же не сказала! Спрашиваю, можно вас проводить? Отвечает, пожалуйста. Я ее под ручку, а тут муж…

Подойдя к ее дому, они остановились.

— Да, товарищ охотник за чужими женами, опаздывать не надо. Говорят, кто поздно ходит, тот сам себе шкодит, — усмешливо упрекнула Люба на прощанье.

С тех пор, встречаясь, они обменивались улыбками, которые доказывали одно: оба помнят дождливый осенний вечер, игривый разговор. И после каждой мимолетной встречи Русинов ловил себя на мысли, что думает О Любе. Влекла его пышнотелая статная молодка с чуть выпуклыми, зеленоватыми глазами.

Еще более дружескими стали их отношения на полигоне. Как-то во время позднего ужина (в обеденной палатке было почти пусто) Анатолий озорновато подмигнул Любе. Неожиданно, зардевшись, она по-девичьи опустила глаза. И он предложил:

— Приходите через часок к озеру. Вместе посмотрим на вечернюю зорьку… Боитесь, да?

Сказал наудалую, почти уверенный, что получит насмешливый отказ. А она вдруг вздохнула:

— Не шути, хлопец! Вот возьму и приду. Весна ведь…