Бен Окри - Голодная дорога

Две женщины встали и помогли мужчине выбраться из стола. Кровь текла у него по бедрам, но он уже ничего не замечал. Он лег на скамейку рядом со мной и заснул. Его ботинки воняли. Его невыносимая парфюмерия смешивалась с запахом пота от перечного супа. Я отсел от него на две скамейки. Остальные продолжали пьянствовать и буйно веселиться. Мадам Кото наблюдала за ними с приклеенной улыбкой на лице. Она была спокойна и ничего не предпринимала, даже когда громила в повязке и его друзья с криками прогоняли новых посетителей, появлявшихся у дверей.

— Иди и пей в другом месте. Сегодня это наш бар, — говорили они, смеясь.

Они продолжали прогонять людей, и на все Мадам Кото отвечала улыбкой.

— Эта мадам скоро станет моей женой! — объявил громила в повязке.

Он встал, качаясь из стороны в сторону, вытащил ее из-за стойки и станцевал с ней.

— Эта мадам, — сказал кто-то, — проглотит тебя целиком.

Все засмеялись. Мадам Кото прекратила танцевать, вышла и принесла с собой метлу.

— Убегай! Убегай-ай! — пропел пьяный хор.

Но мужчина, когда она настигла его, был уже к тому времени на улице,

— Смети мои печали, — вывел он проникновенную мелодию, обнимая ее сзади.

Она стряхнула его с себя, и он сказал с глазами, полными страсти и искренности:

— Мадам, если вы выйдете за меня замуж, в вашей кровати будет полным-полно денег!

И в доказательство он вынул из кармана хрустящий бумажник с фунтовыми банкнотами и стал прилеплять банкноту за банкнотой на ее вспотевший лоб. Она реагировала с удивительной сноровкой, представляя из себя тип отъявленного мага, и деньги исчезали в ее бюстгальтере. Она не прекращала танец. Мужчина, казалось, был в восхищении от ее жадности. Покачиваясь, он открывал и закрывал глаза, ведя себя так, как будто ничего не замечал. Потом внезапно спрятал бумажник, и, пританцовывая, стал отходить от Мадам Кото, лицо его при этом сверкало в экстазе силы и власти.

Темнота снаружи прокрадывалась вовнутрь. Мухи еще больше оживились. Стало довольно темно. Мадам Кото внесла лампы, зажгла их и расставила по столам.

— Мадам, — невнятно произнес громила с маленькими глазками, — мы проведем вам электричество, и скоро вы поставите нам музыку, а мы все спляшем.

В этот момент занавесь распахнулась, и плотник с широко раскрытыми глазами, в грязной одежде, вошел в бар.

— Иди и пей в другом месте! — сказал один из мужчин.

— Почему?

— А почему бы и нет?

— Потому что я строил этот бар.

— Ну и что?

— А то, что никто не может прогнать меня отсюда.

— Ты так думаешь?

— Да.

Мужчина с повязкой, который весь вечер искал какой-нибудь повод подраться, устроил шоу — картинно срывая с себя агбада, он без лишних разговоров прыгнул на плотника. Оба они свалились на скамейку. Лампа закачалась на столе. Они принялись бороться, катаясь по полу. Лампа упала, разбилась и подожгла стол. Женщины закричали, похватали свои сумочки и поспешили к выходу. Мадам Кото схватила свою метлу и стала тушить огонь. Метла загорелась. Мужчины продолжали драться. Плотник сорвал с громилы повязку. Громила попытался задушить плотника. Остальные принялись бить плотника ногами, по ребрам, по голове, но при этом кричал только громила. Затем в одну секунду столы и скамейки оказались перевернутыми, стаканы и тарелки разбитыми, калабаши треснули, разлитое вино тут и там вспыхнуло пламенем, и дым наполнил воздух. Я не двигался. Я слышал, как один из громил закричал от боли. Загорелось его агбада. Он выбежал в голубую ночь, и его одеяние развевалось над ним в языках пламени. Полосы занавесок также разгорались как нельзя лучше. Казалось, что загорелось все. Мадам Кото вбежала с соседями, неся в руках ведра с водой, которые они выливали на стены и столы, на борющихся мужчин и разбитые калабаши, на занавески и на того спящего, который провалился в стол. Вскоре пожар был потушен, и люди на полу перестали драться. Они были мокрые с головы до пят. Они поднимались, израненные осколками стекла, едва держались на ногах и громко стенали.

Мадам Кото принесла новую метлу, набросилась на толпу и принялась бить всех и каждого с таким остервенением, что все от испуга сбились в кучу. Она хлестала громил и их гостей, сгоняя их к дверям, она колотила плотника и преследовала его по всему бару, затем набросилась на соседей, которые пришли ей помочь и теперь убегали с криками, что она сошла с ума, она и меня стукнула по спине и по шее, и я тоже выбежал за дверь. Она продолжала размахивать своей метлой, когда уже никого из людей не осталось.