Владислав Глушков - Княжа булава

— Но как же мы узнаем, кто больше поймал? — Возмутился Поздняков, — у нас должна быть здоровая конкуренция.

— Это не проблема, — перевёл ответ Шмыголь, — всю рыбу которую Вы поймаете, Вы складываете в садок, после рыбалки взвешиваете, считаете, определяете победителя и потом выпускаете.

— Хорошо, а если мы захотим что-то пожарить себе на ужин?

— В таком случае, — ответил смотритель, — Вам нужно будет заплатить за пойманную рыбу.

— Такая постановка вопроса нас вполне устраивает, — согласился Виктор Сергеевич.

И вот теперь он уже полчаса как сидел, наблюдая за неподвижным поплавком. Сумасшедший клёв, который обещал смотритель, почему-то не давал о себе знать. Он ещё немного посидел и решил вытащить удилище, что бы проверить состояние наживки, именно в этот момент поплавок робко задрожал, а потом вдруг поднялся и лёг на воду, Виктор Сергеевич схватил удочку, подсекая рыбу. Леска натянулась, немного задержалась, и поплавок поплыл в другую сторону, Поздняков почувствовал сопротивление. Через пару минуть борьбы он достал из воды карасика, размером примерно с ладонь. С этого первого карася и начался клёв. Рыба шла с периодичностью в пять минут, Виктор Сергеевич вошёл в азарт, все караси как на подбор, были небольшими, примерно такими, как и первый. За час такой рыбалки он натаскал полсадка рыбы и готов уже был прекратить это занятие, но клёв закончился сам собой, так же резко, как и начался.

«Вот, теперь можно спокойно посидеть, — подумал Поздняков, когда поплавок вновь замер на пятнадцать минут, и похоже не собирался больше тревожить хозяина, — посижу вот так ещё с полчасика, и со спокойной душой можно идти домой».

Солнце, как раз начало клониться к закату, Виктор Сергеевич, совсем уж разуверился в возможности дальнейшего клёва, когда поплавок вновь задрожал, а потом резко ушёл под воду, леска натянулась, удилище дёрнулось, и Поздняков еле успел ухватить его, чтобы оно не уплыло вслед за поплавком. Удочка задрожала у него в руках и изогнулась дугой, натянутая леска вот-вот готова была лопнуть, а Виктор Сергеевич еле удерживал удочку, он потянулся к катушке и немного отпустил стопор, катушка затрещала, и начала понемногу отдавать леску. Напряжение снялось, чувствовалось, что на крючке действительно на этот раз крупный экземпляр. Борьба предстояла серьёзная.

На звук сходившей с катушки лески прибежал Шмыголь, он сидел на соседнем мостике.

— Ого, Виктор Сергеевич, кажется, Вам повезло.

— Повезло, можно будет сказать, когда выудим её, а пока… Лучше Юрий Карлович приготовьте подсаку, сам я не справлюсь.

Это была настоящая борьба, леска то разматывалась, то Поздняков вновь возвращал её на катушку, когда рыба немного уставала сопротивляться, или начинала плыть в направлении берега, Главная задача была не дать ей уйти в коряги. На шум борьбы прибежал смотритель, подошли несколько пар, которые прогуливались по парку, недалеко от озера, всем было интересно, чем закончится противостояние. Минут двадцать моталась рыба по пруду, но наконец, силы её истощились, и Виктору Сергеевичу удалось подвести её к самому мостику, по его команде Юрий Карлович завёл подсаку и вытащил трофей на берег. Это оказался карп, около шести килограммов весом. Поздняков бросил удочку и сел рядом с рыбиной на землю, силы закончились и у него.

— Да. Виктор Сергеевич, — восхищённо произнёс Шмыголь, — уж это экземпляр. Так экземпляр. Поздравляю, Вы выиграли соревнование, я свой улов даже доставать теперь не стану, просто выпущу назад в водоём.

— А что у Вас в садке?

— Карась.

— В таком случае я предлагаю, отобрать покрупнее, на ужин, а всё, что лишнее действительно выпустить назад, возьмите и мой садок.

— А что будем делать с этим монстром?

— С этим? Известно, что, сейчас сфотографирую и назад в воду, пускай дальше растёт, нам его всё равно не съесть.

— Согласен.

На этом они рыбалку закончили, домой вернулись с тремя десятками карасей, которых вполне хватило на ужин для троих. Рыбу отдали Люси, которая кроме сиделки оказалась ещё и замечательным поваром.

Ночь выдалась не очень благоприятная, светила яркая, полная луна. Часы показали половину второго.

— Пора, — прошептал Шмыголь, почему он в машине разговаривал шёпотом, Виктор Сергеевич не понял, но уточнять не стал.

Два человека в чёрном покинули салон автомобиля, припаркованного в небольшом, уютном дворике, примерно в двух кварталах от дома, в котором располагалась квартира Позднякова. Они напоминали трубочистов, таких, каких показывали в старых детских фильмах, не хватало только котелков на голове. Виктор Сергеевич поделился этим наблюдением со своим спутником, тот согласился. И сказал, что здесь в Швейцарии до сих пор можно встретить представителей этой профессии. Так облачённые в чёрную униформу с шапочками-масками на голове и мотками альпинистского шнура на плечах они прошли дворами до нужного квартала. Зашли в подъезд намеченного Шмыголем дома, поднялись на последний этаж, здесь был выход на чердак. Юрий Карлович недолго повозился с отмычками, открывая двери, и пропустив первым Позднякова, закрыл их изнутри на заранее приготовленный засов.