Светлана Сачкова - Вадим

Лера произнесла страдальчески:

— Звонили охранники снизу. Сказали, что он, выходя, вместо фамилии пишет в журнале слово на букву «х»…

Вадим покатился со смеху, не удержавшись. Лера добавила мягко:

— У него трехлетняя дочка матом ругается, как сапожник. Так говорят.

Вообще-то, Вадим неоднократно беседовал с Карасем, даже грозил увольнением; тот держался неделю, затем опять начинал. Когда посторонние приходили в офис, Карася всегда лично предупреждали во избежание неприятностей. Порой даже это не помогало: он шел в туалет поругаться всласть в одиночестве, но туда, к своему ужасу, заходили по надобности посетители.

— Ладно, зови его. Не знаю, что ему еще сказать. Из зарплаты вычитать, что ли?

Появился Карась: в отличном расположении духа, нес себя гордо, как жареного петуха на блюде, и имел на лице выражение настоящего мачо. Вадим даже залюбовался. Толя всегда ему нравился, и Вадим не отказался бы с ним дружить. Только ему было непонятно, каким образом люди начинают дружить в таком возрасте; не скажешь ведь: «Давай дружить». Кроме того, Карась имел Серенького в качестве закадычного друга. Это была довольно странная пара: Серенький на фоне Карася совершенно терялся и старался выделиться хоть чем-нибудь. Поэтому Сема был франтом и чрезвычайно хорошо одевался.

— Присаживайся.

Вадим указал Толе на кресло.

— С завтрашнего дня будем вычитать из зарплаты. Решим, каким именно образом. По пять рублей за слово или сразу, оптом — по проценту в день.

Мгновенно сообразив, о чем идет речь, Толя взмолился:

— Вадим Сергеевич… Я уже сколько старался… Вы же знаете, я не могу без этого. Вот прямо два часа не ругаюсь — и чувствую, что сейчас… ну не знаю, лопну, что ли… меня прямо тошнить начинает, пульс зашкаливает… я не то, что работать, — ничего не могу… Вам жена моя скажет. Она сколько боролась, ребенок ведь и все такое…

Посмотрев в умоляющие глаза Карася, Вадим крякнул:

— Ладно, иди… Что с тобой делать? Отдельную комнату тебе выделить, звуконепроницаемую?! Или психотерапевта за счет компании?

Карась начал выходить с виноватым видом, но, встретив Леру в дверях, тут же приободрился.

Последнюю фразу Лера услышала.

— Вы это серьезно?

— Ну а что делать… Надо навести справки — вдруг это лечат. Может, ему в детстве запрещали ругаться, а теперь вот что вышло…

Вадиму совершенно не хотелось работать, но до половины седьмого нужно было как-то скоротать время. Он взял справочник, чтобы самому найти нужные телефоны — и таким образом все же на несколько минут оттянуть работу. На первых страницах попалась реклама медицинского центра: массаж, лимфодренаж, акупунктура от стрессов. «Вы попали в круговорот современной жизни и чувствуете, что медленно скатываетесь вниз, не в силах бороться?..» «Ого, это про меня», — подумал Вадим. Учреждение находилось на крайнем юге Москвы, и целесообразнее было найти что-то поближе. Обнаружив раздел «Иглотерапия», Вадим принялся его изучать. Идея висящих по всему телу иголок всегда казалась ему интересной. К тому же, жена говорила, что официальная американская медицина давно акупунктуру признала. А в далекие советские годы в госинтернате, где Маша ребенком лечилась от сколиоза, их тоже обвешивали иголками. За «Иглотерапией» как раз шел раздел «Интернаты». Вадим стал выискивать в списке Машино заведение, но ничего похожего не нашел. Был только интернат «для детей с физическими недостатками». Находился он за пределами города и не мог быть тем самым, где жена провела целый год с неизменным мешочком двушек — для звонков из таксофона домой по пять раз на дню. Вадим поразмыслил над тем, что такое могло быть «физическим недостатком». Кретинизм — это физический недостаток или неврологический? Скорее, последний. В таком интернате живут, наверное, дети с врожденными дефектами и уродствами. Вадиму тут вспомнилось, как ужаснулась Маша, подсчитав, когда именно она забеременела: оказалось, дело было в Крыму, где они вовсю наслаждались местными винами.

Он набрал номер. Два раза трубку бросали, затем весьма грубо осведомились:

— Что вам?!

Вадим попросил директора.

— Заведующей нет, — женщина не склонна была продолжать разговор.

— А это вам спонсор звонит, — развязно заявил Вадим, решив, что именно так и подобает говорить спонсору.

Женщина в телефоне вдруг оказалась заведующей и вдобавок довольно приятной собеседницей. Договорились, что Вадим навестит интернат на следующий же день. Ему осталось лишь дотянуть до вечера и поспешить к маленькому семейному торжеству.