Светлана Сачкова - Вадим

А затем я решила пойти другим путем: взяв отдельного представителя противоположного пола, узнать как можно более подробно, чем он живет. Как он встает по утрам, как он завтракает, как идет на работу, — и что все это время происходит у него в голове. Раз они не берутся сами определить различия, я возьмусь. Не хочу быть исключительно женским автором! Я хочу знать, что представляют собой мужчины и что интересно им.

Именно с этой целью я повела в ресторан ближайшего друга Диму, захватив с собой диктофон. Дима вообще выполняет при мне функцию этакой дуэньи — преданного советчика. Мне даже не особенно льстит его мужское внимание (он бы оскорбился, конечно, узнав об этом). Когда он выдул бутылку вина, я спросила его:

— Слушай, Дим, а о чем ты думаешь? Ну вот, вообще. Если взять такой усредненный, грубый вариант… Каковы главные темы твоих ежедневных мыслей?

Он задумался, поправил очки на носу.

— Мне сложно сказать, как ты понимаешь. Но если оценить грубо… э-э… Примерно половина всех моих мыслей — о женщинах. Сорок процентов — о вопросах власти. И, наверное, десять — э-э… отвлеченно-философские.

Я пораженно замолчала. Дима, толстый очкарик, притворно обходительный и потому чрезвычайно привлекательный для старшего поколения. Осчастливленный за всю свою жизнь лишь двумя особами противоположного пола, одна из которых — его жена. И он столько думает о женщинах?

— Слушай, ты же сам говорил, что у тебя либидо не очень сильно выражено… в сравнении с другими мужчинами?

— Вот и делай выводы…

Выводы я оставила на потом: нужно было собрать как можно больше информации. Я включила диктофон.

— Расскажи, пожалуйста, поподробней. Твой типичный день: хронологически, шаг за шагом, начиная с пробуждения утром. Ты же знаешь, я не просто из любопытства интересуюсь — я же писатель. Врачеватель человеческих душ, и все такое прочее… Мне же надо знать, что врачевать. Ладно, а? Как врачу?

Дима поколебался. Между долгосрочной потребностью — сохранением имиджа загадочного, непростого человека, и краткосрочной — удовлетворением тщеславия здесь и сейчас. Ведь у него фактически будут брать интервью, интересоваться мельчайшими подробностями его жизни… Выиграла вторая, не без помощи алкоголя: Дима прокашлялся.

— Утро: первым делом мысль сексуального плана. «Есть ли эрекция?» Есть — хорошо, благостное ощущение: вот я какой. Если нет, думаю о себе как-то так, в третьем лице: бедненький Димочка, устал. Жалею себя. Далее зарядка. Если делаю — балдею от самого себя. От… э-э… ненапрасности своего существования. Если не делаю, а я, как правило, не делаю, — придирчиво осматриваю себя в зеркале, расстраиваюсь. Мрачное настроение на весь день обеспечено. Неприятное ощущение бессилия — когда проигрываешь в борьбе с самим собой. Потом иду в душ. Там, как правило, фантазии. Потом…

— Постой, постой… Ты поподробней — что за фантазии. Я же не мужчина, откуда я знаю?

— Всяческие эротические ситуации, довольно стандартные. Ну, как объяснить… э-э… ты порнографию смотрела когда-нибудь?

— Пару раз… Вообще, я не знаток, конечно. Но меня, скорее, персонажи интересуют. Кто это — фотомодели, актрисы?

— Нет, фотомоделей не бывает. Они для меня, в общем, не реальные женщины. А в фантазиях присутствуют как раз реальные люди. Как правило… э-э… малознакомые.

— Ну?

— Ну и… Предположим, я захожу, а там она. Улыбается, распахивает глаза. Я к ней сзади — и мы в процессе.

Я с умным видом покивала головой, и даже сделала пометки в блокноте. Диме уже понравилось: я никогда его так вдохновенно не слушала.

— Далее. Иду по улице — автоматическое сканирование женщин. А как с этой будет, а как с той? В каких ситуациях… э-э… с ней возможны отношения. Женщины сразу становятся персонажами стандартных ситуаций. Сюжеты такие: я и гарем, я и учительница, я и врач, я и директор. Я и две красотки, которые из-за меня ссорятся. Набор небольшой. Мужчинам вообще… э-э… свойственны шаблоны, раздел на черное и белое.

Последнее обобщение весьма познавательно, но эротика мне уже немного наскучила. Вообще говоря, если б мне пришлось жить с такими мыслями, я б сдохла со скуки.

— Ладно, с этим понятно. А что значит — вопросы власти? Типа, политика?

— Да не обязательно… О политике как таковой я, на самом деле, мало задумываюсь… Это опять фантазии — но уже другого характера. В качестве моих подчиненных присутствуют насолившие мне люди: происходят сцены отмщения.