Ай У - В огне рождается сталь

Юань Тин-фа продолжал с невеселым видом курить, а Дин Чунь-сю укладывала спать сына. В комнате воцарилось неловкое молчание. Сунь Юй-фэнь решила все-таки добиться определенного ответа на свое предложение и спросила Юань Тин-фа:

— А после ремонта печи вы сможете с нами соревноваться?

— Конечно, сможем, — ответил с улыбкой Юань Тин-фа.

— И не забудьте как следует покритиковать Цинь Дэ-гуя! — строго сказала девушка.

— А как же! Он еще и объяснение нам напишет! — серьезным тоном ответил Юань Тин-фа, но не удержался и снова улыбнулся. — Только стоит ли винить одного Цинь Дэ-гуя? Если газеты все время пишут о новых рекордах, то как он мог удержаться, чтобы и самому не установить рекорд?

— Тогда мы в договоре о соревновании запишем пункт о сохранности свода мартена, — подумав немного, предложила Сунь Юй-фэнь.

— В таком случае ничего из нашего соревнования не получится, — сказал Юань Тин-фа.

Сунь Юй-фэнь возбужденно встала с места.

— Почему?

— Лично я ничего против этого пункта не имею, ты поговори с остальными бригадирами.

— А разве ты сам не можешь переговорить с ними? Ведь вы встречаетесь каждый день, и у вас есть много возможностей поговорить. Я думаю, что они оба непременно послушаются тебя.

— Если они послушают меня, — улыбнулся мастер, — то они никогда не будут соревноваться.

— Почему же это? — удивилась Сунь Юй-фэнь.

— Он сам боится этого соревнования! — язвительно произнесла Дин Чунь-сю.

— Почему? — пристально посмотрела на мастера Сунь Юй-фэнь.

— По совести говоря, я действительно боюсь, — ответил Юань Тин-фа. — Ваша бригада дружная, решили — и быстро сделали. А у нас целых три бригады, между которыми иногда дело чуть не доходит до драки. Сама подумай, как тут соревноваться!

— Нашу бригаду тоже сплотить нужно было — и это стоило немалых сил, — вздохнула Сунь Юй-фэнь.

— Я думаю, что все-таки с ними надо поговорить тебе, — обратилась к девушке Дин Чунь-сю, — ведь его язык не приспособлен к нормальному разговору, стоит ему только открыть рот, как оттуда уже несется ругань.

— Что за ерунда! — возмутился Юань Тин-фа. — Когда ты слышала ругань от меня? — но затем шутливо добавил: — Бедняжка, заругали тебя совсем!

— Была бы у тебя другая жена, менее покладистая, чем я, посмотрела бы я, как бы ты с ней стал обращаться!

— Сунь Юй-фэнь, ты только послушай, разве ее переговоришь?

— Ну, с тобой мне все равно не сравняться! — поддразнила мужа Дин Чунь-сю.

Видя, что уже поздно, Сунь Юй-фэнь стала прощаться. Дин Чунь-сю вызвалась ее проводить.

— Юй-фэнь, как ты находишь Чжан Фу-цюаня? — с любопытством спросила она у девушки. Она любила Сунь Юй-фэнь, и ей нравился Чжан Фу-цюань. Она считала, что из них получилась бы хорошая пара. К тому же разве могла она не побеспокоиться о своей младшей двоюродной сестре, находившейся вдали от своих родителей?

Сунь Юй-фэнь сразу догадалась, к чему сестра клонит, и поэтому ответила уклончиво:

— Я всего несколько раз встречалась с ним, поэтому еще не очень хорошо знаю его.

— Юй-фэнь, я тебе скажу так: Чжан Фу-цюань по-настоящему хороший молодой человек. У него не такой беспокойный характер, как у моего мужа, который чуть что — сразу из себя выходит. И не такой зазнайка, как Цинь Дэ-гуй, а всегда вежливый, скромный. Ты почаще встречайся с ним. Узнаешь его получше и поймешь, что я не ошибаюсь.

В действительности Сунь Юй-фэнь знала молодого сталевара значительно лучше, чем она пыталась это представить. И она в душе чувствовала, что сестра отнюдь не перехваливает Чжан Фу-цюаня и что мнение сестры полностью совпадает с ее собственным впечатлением. Молодой сталевар казался девушкам симпатичным, и встречи с ним доставляли удовольствие не только Сунь Юй-фэнь, но и многим ее подругам. Они встречались с ним всего раз или два, но уже считали его своим хорошим знакомым. Особенно приятное впечатление произвел он на них в воскресенье в парке, когда терпеливо обучал их всех езде на велосипеде. И девушки между собой наперебой хвалили Чжан Фу-цюаня.

Затем оказалось, что он заранее купил для всех билеты в кино. А после кино он угощал всех мороженым. Будь Сунь Юй-фэнь одна, она так быстро не подружилась бы с Чжан Фу-цюанем, но раз ее подруги легко приняли его приглашение, то ей было неловко отвергать его, и она вместе со всеми пошла в кино. А последующие встречи убедили ее в том, что он вовсе не надоедлив, и она даже стала чувствовать к нему симпатию. Скрытый смысл слов сестры навел ее на мысль о том, что та определенно разговаривала с Чжан Фу-цюанем на эту тему. И если раньше, после первых встреч с Чжан Фу-цюанем, такой разговор с сестрой ей был бы неприятен, то сегодня он вызвал в душе ее сладостное волнение, и она не удержалась от вопроса: