Ай У - В огне рождается сталь

Юань Тин-фа и Дин Чунь-сю были дома. Они оба очень обрадовались приходу Сунь Юй-фэнь. Девушка отдала Дин Чунь-сю туфельки, рассказав, как Цинь Дэ-гуй разыскал их.

— Он просто несерьезный, рассеянный человек, — рассмеялась Дин Чунь-сю.

— Нечего смеяться над ним, — остановил ее Юань Тин-фа, — ты ведь сама не лучше его: если что потеряешь, то пиши пропало!

— Вот уж нет, — холодно усмехнулась Дин Чунь-сю. — Это случается только с мужчинами. Да! — вспомнила она внезапно. — А что же теперь делать с кожаными туфельками? Ведь ребенок уже носит их.

— А Цинь Дэ-гуй и не требует их обратно, — поспешила успокоить ее Сунь Юй-фэнь.

— Так просто он ни за что бы не прислал их, — усмехнулась Дин Чунь-сю. — Он не такой щедрый, как Чжан Фу-цюань. Не иначе как по рассеянности.

— Нечего зря нападать на парня! — заступился за сталевара Юань Тин-фа. — Ведь он купил новые туфельки. — Мастер повернулся к Сунь Юй-фэнь: — Я считаю, что у Цинь Дэ-гуя хороший характер, да и к работе он относится серьезно.

— А мне он не нравится, — откровенно призналась Дин Чунь-сю, — уж очень зазнается, почти не заходит к нам.

— Человек, можно сказать, подарок тебе сделал, а ты еще недовольна, — снова возразил муж.

— Все равно, мне он не нравится, — твердо стояла на своем Дин Чунь-сю. — Даже эти туфельки не сам принес, и благодарить за это я должна Юй-фэнь, а вовсе не его. Конечно, Чжан Фу-цюань не дарил нам дорогих вещей, но он не зазнайка, часто заходит в гости. А встретит на улице, всегда поможет поднести сумку или ребенка. — Она выразительно посмотрела на Сунь Юй-фэнь.

Сунь Юй-фэнь, посмеиваясь, слушала рассуждения сестры. Конечно, в ее словах была доля правды. Чжан Фу-цюань действительно очень услужлив и вызывает симпатию. Но и Цинь Дэ-гуй не зазнайка. Правда, на людях из него и слова не вытянешь, и вообще он несколько суховат. Она вполне согласна была с мнением Юань Тин-фа, что характер у него хороший и что работник он хороший. Видя, что Дин Чунь-сю замолчала, она рассказала Юань Тин-фа о своей идее соревноваться с ними и спросила, не говорили ли ему об этом Цинь Дэ-гуй и Чжан Фу-цюань.

— Говорить говорили, — усмехнулся Юань Тин-фа, — только вот… — Он тяжело вздохнул и не стал продолжать.

— Я вижу, тебя это не волнует! — пыталась уколоть мужа Дин Чунь-сю. Она знала, что он из-за самолюбия не захочет соревноваться с женщинами.

— Ерунду ты говоришь! — прикрикнул на жену мастер и снова обратился к гостье: — Волнует меня то, что на нашем мартене обвалился свод, и теперь ремонтируй не ремонтируй — долго он не протянет. Разве можем мы в таких условиях принимать вызов на соревнование?

— Так ведь всего несколько дней тому назад мне говорили, что с вашей печью все в порядке, — удивленно проговорила Сунь Юй-фэнь. — Как же это случилось?

— Кто это тебе сказал, что с печью все в порядке? — заинтересовался Юань Тин-фа.

— Чжан Фу-цюань, — спокойно ответила девушка.

Дин Чунь-сю при этом одобрительно улыбнулась, — она была очень довольна, что Сунь Юй-фэнь встречалась с Чжан Фу-цюанем.

— Чжан Фу-цюань еще не совсем хорошо знает мартен, — задумчиво почесал подбородок Юань Тин-фа и затянулся сигаретой. — Я так думаю, что на этот раз известная доля вины падает на Цинь Дэ-гуя.

— Разве обвал произошел по его вине? — взволнованно спросила Сунь Юй-фэнь.

— Конечно, не только по его вине, — стряхивая пепел, ответил Юань Тин-фа. — Но он очень задиристо себя ведет, не хочет слушать полезных советов, все стремится выдвинуться. В тот раз он в погоне за рекордом сжег свод печи. Известности-то он достиг, но и ущерб причинил немалый, а у печи такой характер: если уж ты раз испортил свод, то ничем делу не поможешь.

Дин Чунь-сю понимала, что ремонт печи может привести к невыполнению месячного задания; а раз так, то они не получат премию за перевыполнение плана.

— Я уверена, что этот зазнайка вовсе не думает о других, а только заботится о том, как бы ему самому вырваться вперед! — сказала она со злостью в голосе.

Юань Тин-фа молча закурил, всем своим видом говоря, что слова жены полностью совпадают с его мнением.

Сунь Юй-фэнь привыкла верить словам Юань Тин-фа. Она знала, что он ударник, опытный сталевар, недавно установил рекорд и словами бросаться не любит. А сейчас его слова просто поразили ее. Как мог бывший партизан Цинь Дэ-гуй нанести ущерб государству? Она понимала теперь, почему в последнее время Цинь Дэ-гуй не ищет встреч с ней. Ему стыдно людям в глаза смотреть. «Когда я с ним встречусь, — решила она про себя, — я задам ему только два вопроса: «Почему ты раньше жертвовал жизнью в партизанском отряде?» и «Почему ты теперь в погоне за рекордом наносишь вред государственному имуществу?!