Семен Малков - Ветер перемен

И хотя Наумов в этом усомнился, дальнейшее показало, что Максименко, лучше всех его друзей разбиравшийся в политике, и на сей раз оказался прав.

Наконец-то согласно известной закономерности в жизни Наумова началась полоса везения. Совершенно неожиданно пришел издательский успех последних книг, в которых он популярно изложил то, что заботило авиаторов, занятых в сфере эксплуатации и ремонта самолетов. Выяснилось это, когда его пригласил к себе главный редактор.

— Ваши книги заинтересовали иностранных издателей, — сказал он, любезно улыбаясь. — Согласно нашему договору мы перевели их на английский и предоставили зарубежным партнерам право опубликовать у себя. — Он выдержал должную паузу и с великодушным видом произнес: — И хотя время выплаты вам гонорара еще не настало, поскольку тираж реализован только наполовину, мы решили выплатить его полностью. Успех и практическая значимость ваших книг очевидны. Наше издательство готово сотрудничать с вами и в дальнейшем.

— Ну и кто же проявил интерес к моим трудам? — поинтересовался приятно удивленный Артём Сергеевич. — Ведь все мои рекомендации основаны на отечественном опыте.

— Нашими зарубежными партнерами стали США и Канада, — ответил издатель. — Но к ним скоро должны присоединиться французы, и придется делать новый перевод ваших книг. Похоже, поднятая в них проблема актуальна, и наш опыт представляет интерес.

Как оказалось, издательство продало право издания книг Наумова на очень выгодных условиях, и полученный им гонорар превзошел все ожидания. Варя даже растерялась, когда он принес и для пущего эффекта молча выложил перед ней на стол целую кучу денег.

— Вот уж не думала, что в наше время авторы могут прилично зарабатывать литературным трудом, — округлив глаза, удивленно произнесла она. — У людей сейчас нет денег, чтобы покупать даже очень нужные книги.

— У наших и правда их нет. Тираж распродан лишь наполовину, — признался Артём Сергеевич. — Зато у граждан передовых стран денег на это хватает. Мои книги, — с гордостью объяснил он, — изданы в США и Канаде. Вполне возможно, что скоро их переведут и на французский.

— Ну, тогда продолжай это дело, дорогой мой писатель, — с улыбкой сказала Варя. — Оно куда полезнее, чем бесплодное занятие политикой, на которое ты лишь тратишь свои нервы и здоровье.

— То, что полезнее — это факт. Но если мы будем довольствоваться тем, что имеем, и замкнемся лишь на собственных интересах, то превратимся с тобой в обывателей, — не согласился Наумов. — На мой взгляд, бессовестно благоденствовать, когда народ бедствует и вокруг такой бардак. Это похоже на пир во время чумы.

— Пожалей здоровье! Что ты один можешь сделать? — пыталась урезонить его жена. — Не забывай о своем возрасте. Пусть о будущем заботятся молодые!

— А старики, более мудрые и опытные, пусть сидят на печке и спокойно наблюдают, как вырождается народ и гибнет страна? — горячо возразил Артём Сергеевич. — Нет, Варенька, мне это совесть не позволяет. И пока у меня будут шансы повлиять на события в лучшую сторону, я постараюсь помочь честным политикам принести пользу России. Даже в ущерб личным интересам.

— Ты у меня неисправимый идеалист, — ласково на него взглянув, вздохнула Варя. — Что-то не видно пока на горизонте честных политиков. В основном своекорыстные властолюбцы. Боюсь, что ты зря потратишь на них свои силы и время.

Рожденная под знаком Водолея, она обладала даром предвидения. Не раз в этом убедившись, Наумов сознавал, что скорее всего так и будет. И все же поступить вопреки тому, что требовала от него совесть, не мог.

Наумовы не принадлежали к тем благоразумным людям, которые откладывают заработанные деньги впрок. Поэтому, когда они за завтраком обсуждали, на что лучше потратить его гонорар, Варя мечтательно вздохнула:

— А давай, дорогой, снова прокатимся на автобусе по Европе! На этот раз в Италию. Твоя сестрица Лёля утверждает, что в Риме намного интереснее, чем в Париже. Неужели это правда?

Старшая сестра Наумова последнее время ежегодно совершала заграничные путешествия, которые поднимали жизненный тонус и, доставляя новые приятные ощущения, укрепляли здоровье. Будучи тещей министра, Лёля ни в чем не нуждалась, и могла потратить все, что имела, на отдых за границей. Она уже успела побывать всюду и снабжала их полезными сведениями.

— Похоже, что так и есть. Лёля никогда не преувеличивает, — не без сомнения в голосе подтвердил Артём Сергеевич. — Хотя мне тоже не верится, что Париж уступает Риму. Я не прочь прокатиться в Италию, если только удастся найти турфирму, которая организует это без ночных переездов.