Ирвин Уэлш - Кошмары Аиста Марабу

Я положил ему руку на колено и сжал его.

– Беспредельно смелый парень! – всхлипнул Сэнди.

Какое-то время мы молча ехали по пыльной дороге. Когда мы выехали на шоссе, огибающее озеро Торто с запада, я кое-кого заприметил.

– Смотри, Сэнди! Это же тот парнишка, что играл в футбол.

– Да, смешной пацаненок, – улыбнулся Сэнди. Поравнявшись с ним, мы притормозили.

– Подбросить? – спрашиваю. – Прокатить? Хочешь прокатиться?

Он недоверчиво посмотрел на нас.

– Как будет «кататься» на банту? – обратился я к своему напарнику. Сэнди сильно изменился. От жары у меня начались галлюцинации… Его лицо покрылось зеленой чешуей, он был похож на рептилию.

– Да забыл я, к ебени матери, все слова этого сраного банту! – заорал Сэнди и раздраженно ударил кулаком по кузову.

Я теряюсь. Надо собраться.

– Ничего страшного, Сэнди, – успокаивал я, повернувшись спиной к нашему молодому оборванцу. – Прокатимся? Брм-брм! Все в порядке! Мы тебя не тронем! Залезай в машину!

Сэнди почему-то роется в дорожной аптечке.

– Давай, выпьешь с нами лимонаду. Ты ведь абсолютно пересох, – прошипел он странным голосом, при этом изо рта его высовывался раздвоенный язык.

Когда парнишка увидел бутылку лимонада, его лицо загорелось очаровательной улыбкой, и я подумал, что он залезет к нам в машину.

– Давай, приятель, повеселимся! – сказал Сэнди и продолжил: – Хочешь покататься, пизденыш, давай, я тебя прокачу как надо…

Нет, нет… все было не так. Мы с Сэнди не такие… Парень развернулся на пятках и удрал. Сэнди как будто потерял рассудок…

– Не расстраивайся, Сэнди, – улыбнулся я. – Так уж они воспитаны.

Сэнди просиял:

– Да, Рой, в конце концов, это просто восхитительно, что нас только двое и нам никто не мешает.

– Расскажи мне еще о своих приключениях со львами, – попросил я.

Сэнди поразмыслил немного и сказал:

– Нет, мистер Стрэнг. Я так думаю, вам пора рассказать свою историю об охоте на акул.

– Хммм, – вспоминал я, – я тебе рассказывал, в какую заварушку попал я с акулой Джонни в провинции Наталь?

– Нет, кажется, не рассказывал.

– Я приехал в Наталь расследовать несколько случаев нападения на аквалангистов. Были подозрения, что это кто-то из наших старых друзей – большая белая или, может, тигровая акула. Но у меня были причины в этом сомневаться. Следы укусов на ногах выживших противоречили этим догадкам. Мои сомнения подтвердились с лихвой, когда я один отправился на место нападений. Я обнаружил, что меня преследует Carcharhinus longimanus.

– Океанская белоносая акула, – выпалил Сэнди.

– А ты разбираешься в акулах. Короче, эта тварь кружила вокруг меня. Она была метра три в длину. Океанская белоносая акула очень агрессивна. Когда потонул корабль «Нова Скотия» недалеко от побережья Наталь, именно она добила спасшихся от кораблекрушения. События развивались по тому же сценарию, что и твоя стычка со львом: сучка, извиваясь, подплыла, когда я уже был готов выпустить взрывной гарпун из подводного ружья.

– О Боже, – глаза Сэнди округлились.

– Не успел я выстрелить, как тварь уже стиснула зубы на моей ноге. Боли я не почувствовал. Я выхватил нож и вонзил акуле в морду. Ей пришлось ослабить тиски. Чтобы ее челюсти не сомкнулись на моей ноге снова, я быстро впихнул ей ружье в пасть, после чего аккуратно вытащил израненную конечность. Тварь стала мотать головой из стороны в сторону, пытаясь освободиться от ружья, но, на мое счастье, добилась только того, что сработал детонатор и ее морда разлетелась на куски. Память об этой стычке осталась у меня до сих пор… – Я показал Сэнди шрамы на ноге.

– Ну и ну.

Так мы и ехали, травили байки, пока ночь не спустилась на озеро. До нас доносились трубные крики фламинго, обеспокоенных прорезающими темноту фарами. К тому времени мы уже очень устали. По счастливой случайности недалеко от тех мест, где мы проезжали, на нашей карте была обозначена хижина; мы без особого труда нашли ее.

Подъехав к хижине в приподнятом настроении, мы даже обнаружили в себе силы провести тщательный осмотр нашего нового жилища. Дом был построен на высоких сваях и стоял на склоне холма над озером, окруженный лесом. Я радостно предвосхищал утренний восход – солнце будет светить прямо в нашу хижину поверх пышных зеленых холмов.

Открывая ящики буфета, Сэнди с нескрываемой радостью восклицал:

– Полотенца! Посуда! Постельное белье! Смотри, в холодильнике – лимонад!

– Можно печку растопить, – предложил я, указывая на старую печь посреди комнаты. Хижина оказалась больше, чем обычная сторожка, и, похоже, здесь уже сто лет никого не было.