Карен Молинэ - Белладонна

Ни звука.

— Или вернуть?

Зал разражается оглушительными аплодисментами.

— Благодарю вас, — говорит Белладонна, ее голос все так же сладок. — Я очень рада, что вы поддержали во мне веру в моральные качества тех, кого я сочла достойными переступить порог моего клуба. Приговор вынесен. Чтобы совсем уж не позорить провинившуюся пару, мы притушим свет. Тогда под покровом темноты мадам Икс сможет расстегнуть свое колье. В гардеробной при выходе будет стоять небольшая шкатулка, туда она и опустит это колье. Мы не зададим никаких вопросов. Заверяю вас, что колье будет возвращено его законной владелице, и мы больше не заикнемся об этой истории. А теперь оркестр под руководством Ричарда исполнит песню, посвященную всем двуличным, всем покинутым в любви, всем утомленным, вам, роскошные лжецы среди нас. Леди и джентльмены, «Любовь останется с нами». Напитки за счет заведения. Приятного вечера!

Она кланяется, и свет внезапно гаснет. По залу пробегает нервный шелест, а когда через мгновение свет вспыхивает, Белладонны нигде не видно.

И вдруг по всему залу вспыхивают шумные разговоры. Некоторые пары встают и уходят, но Уэсли и Линда остаются с нами. Его лицо окаменело от ярости, она дрожит от унижения. Мне ее чуть ли не жалко, бедную девочку, на шее у которой больше не красуется колье Аннабет. Вот уж не думала она, что ее пылкий любовник на самом деле такая дешевка.

Наши официанты не спускают с этой пары орлиных глаз, а когда они встают и собираются уйти, их провожают до гардероба. Пока Джози приносит пальто, Линда оглядывается, проверяя, не подсматривают ли за ней, потом достает из кармана Уэсли колье и поспешно опускает его в шкатулку.

— Убью сучку, — цедит Уэсли, подавая Линде пальто. Они выходят. — Это она во всем виновата.

Они торопливо шагают к одному из поджидающих такси. Уэсли распахивает дверь, Линда в пушистом платье втискивается на заднее сиденье, и тут ему на плечо опускается чья-то рука. Это Джек. Без единого слова он протягивает Уэсли коричневатый конверт. На нем адрес юридической фирмы, где работает Уэсли.

Тот разрывает конверт и достает свежеотпечатанные доказательства своего двуличия. На них он получился даже лучше, чем в жизни, хотя сам он так не думает. Если раньше его лицо кривилось от ярости, то теперь оно наливается кровью, и я опасаюсь, как бы его не хватил удар.

— Мерзавцы, — шипит он и замахивается на Джека. Тот быстро отступает в сторону. В мгновение ока Уэсли лежит на асфальте. Джеффри сбил его с ног приемом каратэ и теперь стоит, опираясь ботинком на шею Уэсли. К нам спешит один из дежурящих на улице полицейских.

— Все в порядке? — осведомляется он. — Может, арестовать его?

Джек пожимает плечами и отходит в сторону. Полицейский кивает и возвращается на свой пост, а Линда выскакивает из такси, помогает Уэсли подняться на ноги и отряхивает ему пальто. Оба садятся в машину и мгновенно укатывают.

У Джеффри по лицу расплывается широкая бестолковая ухмылка.

— Я мечтал об этом с самого первого дня, — удовлетворенно сообщает он Джеку.

А когда вечер заканчивается, мы забираем шкатулку из гардеробной и вытряхиваем ее содержимое на стол в кабинете Белладонны. Каково же наше изумление, когда мы видим, что на столе искрящейся горкой поблескивает не менее дюжины бриллиантовых колье.

Вот так это все и началось. Слухи распространяются, как ползучие сорняки на поле для гольфа. Сплетни в колонке Губошлепа нас не обижают, и впервые в жизни ему не приходится сильно преувеличивать. Сначала мы получаем одно закапанное слезами письмо на адрес клуба, потом — еще и еще одно. Женщины просят о помощи, они так запуганы, что боятся даже подписать письмо и поставить на конверте обратный адрес. Только номера телефонов. «Я готова на все, только позвоните мне, молю вас, Белладонна, и, пожалуйста, строго в дневное время. Я не знаю, что делать, — пишут они нервным почерком, крупными наклонными буквами. — Прошу вас, помогите мне».

«Вы же Белладонна, — пишут они. — Вы все можете».

Белладонна, отомсти!

Отлучаясь вечерами отдохнуть к себе в кабинет, Белладонна читает письма. Их груда растет все выше, и тогда она дает их почитать нам — так сказать, кругу посвященных. Потом однажды днем она сзывает нас на совет. Когда Брайони уходит поиграть к подруге, и мы можем не тревожиться, что она ненароком подслушает, Белладонна приглашает на чай Маттео, Джека и Орландо. Бьянка печет огромный поднос булочек, мы щедро намазываем их свежим маслом и имбирным джемом. Наши лохматые часовые, Андромеда, Лягушонок и Будильничек, дремлют в лужицах солнечного света на лоснящемся паркетном полу. Петуния клюет семечки и время от времени издает пронзительные крики. Тяжелые бархатные шторы приглушают уличный шум, и внешний мир уплывает куда-то далеко-предалеко.