Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

Мне очень тяжело сейчас. Тяжело от того, что я не могу больше быть рядом с тобой. Тяжело от того, что я не знаю, как я смогу жить без тебя.

Я виновата перед тобой. И, наверное, не имею права указывать тебе на твои ошибки. Ведь ты меня не простил.

Я не смогла тебя спросить, где ты провёл ночь.

Я не смогла тебя спросить, почему ты решил делать программу с другой вокалисткой — только потому, что теперь я не могу петь, или ты окончательно вычеркнул меня из своей жизни?

Ты даже не сказал мне об этом. Наверное, я должна была тебя понять. Но я не смогла… Это минус мне.

А ещё ты отдал ей песню, которую написал когда-то только для меня. Ты решил, что я больше никогда не смогу петь? Может быть.

Но это очень жестоко. Я никогда бы не поверила, что ты смог так поступить, если бы сама не услышала, как она поёт «Косы».

Я не обиделась. Просто я поняла, что ничего для тебя теперь не значу.

И за медальон я тоже не обиделась. Я не знала, что он был куплен не для меня. Я не люблю чужие вещи, особенно, если их кто-то уже надевал. Я его вернула — он в шкатулке, в ящике стола.

Я ухожу потому, что не могу принять твоё сегодняшнее отношение ко мне. Ты не сможешь его изменить, а мне очень тяжело жить так. Я не буду тебе врать, что я сильная, и что я всё переживу. Я не знаю, как я всё переживу. Но я должна хотя бы попытаться. Ради Валеры я должна жить. Я должна изменить свою жизнь.

Вот и психолог сказала об этом.

Вчера я была на приёме у психолога. Наверное, это очень хороший психолог. Её зовут Инна Владимировна, и она очень красивая. Она сказала, что, если я останусь с тобой, то всё повторится — и мои страхи, и депрессия, и болезни. Потому, что ты — не мой человек.

А ещё она сказала, что ты — её бывший любовник. Но я этому не поверила, ведь это неправда?

Она сказала, что вы познакомились позапрошлым летом, и ты сразу дал ей номер своего телефона…

Но я ей не верю. Ты же не мог? Ведь мы с тобой в то время уже жили вместе. Наверное, она меня обманула, а твой телефон ей дал кто-то другой.

Впрочем, это неважно.

Я ухожу только потому, что не вижу больше себя рядом с тобой.

Прости меня, Дима.

Говорить «прощай» — глупо. Когда-нибудь мы всё равно увидимся, я знаю, как ты любишь Валеру.

Поэтому — пока.

Да, чуть не забыла. На днях ко мне заходила Ульяна. Они с Никитой вернулись, и у них всё хорошо. Они передавали тебе привет».

Первые эмоции схлынули, и, встав с постели, он снова и снова перечитывал Наташкино письмо. Еле дождавшись, когда по времени она должна будет добраться до отчего дома, нажал на вызов. Зная, что не сможет услышать от неё рассказа о том, как они доехали, и как Валерка перенёс дорогу, он сначала позвонил тестю и от него узнал все подробности, после чего набрал её номер…

— Наташа, выслушай меня внимательно и не отключайся, — дождавшись, пока в трубке стихнут гудки, торопливо произнёс Дима, — я прочитал то, что ты мне написала. Наташа, я ничего не понял. Какой проект, какие песни? Я никому ничего не отдавал. Ты можешь написать мне подробно, что ты имела в виду? Пожалуйста, напиши… Я буду ждать на своей страничке. Хотя… Завтра я за тобой приеду. Наташка, слышишь? Завтра я приеду!.. Подожди… — замявшись, он обхватил лоб ладонью, слегка помассировал, — чёрт… завтра мы выступаем в ночном клубе. Значит, послезавтра. Нет… и послезавтра не получится… У меня прослушивание в продюсерском центре и аранжировка… Наташа!.. Наташка!.. — услышав короткие сигналы, он понял, что она нажала на «отбой» и в сердцах ударил кулаком по колену, потом уронил голову на сцепленные кисти рук, — Ну, зачем… зачем…

— Дима, что случилось?! — Анна встревоженно заглянула в комнату, — Что?!

— Я не знаю… — он покачал опущенной головой, потом, ещё раз набрав номер, прислонил телефон к уху, — совсем отключила…

— Дима, что произошло? Они доехали? — испуганно спросила мать.

— Да, доехали… — буквально выдавил он из себя, — Уже дома.

— Почему ты так нервничаешь? — присев рядом с сыном, Анна Сергеевна положила руку ему на плечо, — Они скоро вернутся, не переживай… Им нужно было туда съездить, обязательно. Погостят и вернутся.

— Она не хочет возвращаться.

— Вернётся, куда же она от тебя?.. — веселье давалось ей плохо, но Анна старательно утешала Димку.

— Чёрт… — он снова потёр лоб, — Ничего не понимаю.

— Дима, ну, что случилось? Ну, уехали ненадолго, ничего страшного…

— Надолго, мам. Она сказала, что навсегда.

— Почему?..

— Я сам не могу понять. Она письмо оставила. Сейчас… — он снова лихорадочно набрал номер, — Нет… отключила телефон…