Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— Да, — она ответила нехотя, понимая, что сейчас что-то нужно ответить этому страшному человеку, чтобы он, наконец, оставил её в покое.

— Я знал, что ты умная девочка. Знаешь, Наташа… — он снова взял в свою руку — теперь уже её ладошку и поднёс к груди, — может, я покажусь тебе неискренним, но… поверь мне. Больше всего на свете мне не хотелось бы причинить тебе какое-либо зло… И вот ещё что. Я всё же надеюсь на нашу с тобой встречу…

Выслушивая его признания, Наташа терпеливо стояла, ожидая их конца, но, когда он на прощание поднёс её руку к своим губам, резко её отдёрнула и, развернувшись, бегом кинулась к своему дому…

Вернувшись домой, Наташа впала в ещё более глубокое уныние. Визит к доктору, а потом и встреча с Фишером привели её в полное замешательство. Ей хотелось с кем-то поделиться своими невесёлыми мыслями, но обсуждать что-то по телефону она не могла, а писать сообщения не было сил — она чувствовала себя буквально опустошённой. Ей очень хотелось поговорить с Димкой, но она не знала, как он воспримет её рассказ, да и дома его всё равно не было.

— Ну, что? — Анна Сергеевна встретила её в коридоре, — Что сказали в больнице?

— Сказали, что я здорова, — Наташка выдавила из себя подобие весёлой улыбки, — а голос когда-нибудь восстановится.

— Что значит — когда-нибудь? — свекровь нахмурилась, — Что за доктор тебя принимал?

— Доктор хороший, — поспешила успокоить её Наташа, — просто у меня это на нервной почве. Должно пройти само собой.

— Серьёзно? — Анна качнула головой, — А когда это может пройти?

— Через месяц, — весело пожала плечами Наташа, — или через два, или через пять лет. Никто не знает.

— А что же делать? — женщина растерянно смотрела на неё, — Неужели нет никакого выхода?

— Есть, — кивнула Наташа.

— И какой?

— Ждать…

Сняв шубу, Наташа в прихожей расстёгивала сапоги, когда в замке снаружи повернулся ключ.

— Ой, Димочка! — Анна радостно-удивлённо посмотрела на сына, — Ты так рано сегодня?

— Я не насовсем, — войдя в квартиру, тот торопливо прошёл в свою комнату.

Проводив его грустным взглядом, Наташа незаметно вздохнула. Ещё недавно, входя в квартиру, он обязательно целовал её в щёчку, а теперь молча проходит мимо… Поставив обувь на специальную полочку, она отправилась вслед за ним и невольно остановилась в дверях: достав Валерку из манежа и подняв его над головой, Дима слегка тормошил малыша, чем приводил его в полный восторг. Наигравшись, он посадил сына назад в манеж и, достав что-то из компьютерного стола, молча вышел из комнаты.

Наташке было слышно, как он о чём-то разговаривает с Анной Сергеевной, ей хотелось снова выйти из комнаты, чтобы увидеть его, но она так и не решилась; глядя на падающие за окном снежинки, она стояла, прислонившись к оконной раме, пока не услышала звук захлопнувшейся двери.

Он даже не спросил, о том, что сказал ей врач… А она ещё собиралась вечером с ним поговорить… Видимо, придётся самой решать свои проблемы…

Впрочем, так и должно было быть.

Всё правильно.

Кристина посмотрела на себя в настенное зеркало и, поправив волосы, слегка подкрасила пухлые губы — так, чтобы было похоже на естественный цвет. Она осталась вполне довольна собой и, посмотрев на часы, снова прилегла на больничную кровать. Несколько дней, проведённых в стационаре, дали свои результаты — она чувствовала себя намного лучше и выглядела вполне привлекательно, чем сегодня и решила воспользоваться. В ожидании назначенной встречи, она то и дело разглядывала в дорогом планшете фотографии и видеоролики.

— К вам посетитель, — многозначительно улыбаясь, медсестра заглянула в палату, — такой мужчина…

— Пусть заходит, — небрежно ответила Кристина и, подогнув под себя колени, чуть выше поддёрнула полы дорогого халатика.

— Входите, — медсестра посторонилась, пропуская гостя.

— Привет, — здороваясь на ходу, Дима вошёл в палату.

— Привет, — за несколько секунд Кристине вполне удалось принять кроткий вид, — спасибо, что согласился прийти…

— Да не за что, — он пожал плечами, — я в любом случае бы пришёл, просто раньше было никак.

— Присаживайся, — она кивнула на мягкий стул возле кровати.

— Вот, это — тебе, — он протянул ей букет цветов и, поставив на тумбочку небольшой пакет, присел рядом, — извини, я не знал, что тебе можно, принёс только фрукты.

— Ой, ну, что ты, — она скромно накинула на ноги тонкое покрывало, — ничего не нужно было приносить. У меня всё есть…