Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

В ресторан Наташа всегда добиралась сама, а на репетиции Женька подвозил её на своём «ниссане», чем ставил в затруднительное положение: она начала чувствовать повышенный интерес к себе и с его стороны. С женой он был в разводе, любовниц менял, как перчатки и почти не знал отказов у женщин. Девушка постоянно чувствовала на себе его взгляды, особенно на репетициях, когда рядом никого не было — у Женьки был свой ключ от Костиной студии, и они иногда репетировали в его отсутствие. Правда, границ Журавлёв пока не переступал, возможно, Наташина очевидная печаль по Диме была тому причиной.

— Ну, что, завтра ещё одна репетиция, и пока притормозим, а то, я смотрю, тебе тяжело. Тем более, что основной репертуар ты уже знаешь, — Женька привычно потянулся за Наташиным ремнём безопасности, — хозяин в восторге от тебя, учти, — с намёком произнёс он и рассмеялся, — Ты вообще молодец…. как будто всю жизнь по кабакам пела.

— Ну, не по кабакам… А по корпоративам и юбилеям приходилось, — Наташа улыбнулась, — спасибо за комплимент.

— Ну, это не комплимент, это так и есть, — Женька защёлкнул Наташин ремень, — Ну, вот, пристёгнута. Теперь никуда не денешься.

На улице было довольно темно: ноябрьский вечер опустился на город, и панель приборов была единственным источником света в салоне машины. Повернувшись к Наташе, Женька наклонился в её сторону, и, положив левую руку на спинку сиденья возле её правого плеча, недвусмысленно посмотрел в глаза. Догадываясь, что будет дальше, девушка молчала… Обняв её и притянув к себе, он обхватил губами её губы, которые Наташка сжала изо всех сил.

— Ну чего ты… такая скованная… — прошептал он и, нащупав замок на её куртке, потянул вниз, расстёгивая молнию, но Наташа перехватила его руку, — Ты разве против?

— Против…

— Да ладно тебе… чё ты… — мурчал Журавлёв, пробираясь рукой под расстёгнутую полу, — Расслабься…

— Женя… — Наташка пыталась освободиться от его рук.

— Что — Женя? Я уже двадцать пять лет, как Женя, — парень распалялся всё больше.

— Женя… Я беременная… — полным голосом произнесла девушка.

— Все так говорят, — целуя её шею, парень рукой скользнул по девичьей груди, — Я давно уже на тебя смотрю… Нравишься ты мне… очень…

— Я серьёзно, не шучу, — Наташка с трудом уворачивалась от его рук и губ, — я — беременная…

— Так, стоп… — Женька тоже перешёл на полный голос, — Ты причину со следствием не путаешь?.. От того, что сейчас было, не беременеют.

— Не путаю, — она посмотрела ему в глаза — близко-близко, — то, что сейчас было — не причина, и ты тут ни при чём. Причина раньше была.

— Ты серьёзно, что ли? — разжав руки, Женька отпустил девушку и вернулся в нормальное положение сам, — Или это динамо такое?

— Не динамо, — серьёзно ответила Наташа.

— А чего сразу не сказала?

— Как? Надо было сесть в машину и сразу заорать, что я беременная?

— Ну, в принципе… Ты права. Хотя… Вы, женщины, всякие хитрости придумываете.

— Всяко бывает… — притворно вздохнув, пошутила Наташа.

— Бывает, — нахмурившись, он кивнул, — но я женщин не насилую, всё только по обоюдному согласию.

— Жень… — Наташка опустила глаза, — Знаешь, я думаю, что тебе напряжно меня возить. Я буду теперь пешком добираться, мне, кстати, ходить полезно.

— Да ладно, успокойся… Мне не в напряг… — изменившимся тоном буркнул Журавлёв и выжал сцепление.

На следующий день, заехав за Наташей, Женька выглядел слегка обиженным. Дождавшись, пока она захлопнет за собой дверь, кивнул на ремень:

— Попробуй теперь… Должен хорошо выезжать.

— Ой, теперь нормально! — она без труда вытянула ремень и сама пристегнулась, — Здорово!

— Всё утро сегодня ковырялся. Сделал, наконец, а то пассажиры мучаются.

Кости в студии не было, и Журавлёв открыл дверь своим ключом. Наташка заметила, что парень чувствует себя неловко, видимо, женщины отказывали ему редко. Она тоже смущалась, вспоминая вчерашний вечер, но почему-то обиды на Женьку не было. Несмотря на репутацию ловеласа, он производил впечатление интересного и порядочного человека и имел хорошее чувство юмора.

Репетиция подходила к концу: разложив припев очередной песни на голоса, они собирались прогнать в последний раз практически готовую композицию.

— Ну, что, поехали? — Женя опустил руки на клавиши синтезатора.

— Поехали… — она не успела договорить, как кровь схлынула с лица… заложило уши… в глазах резко потемнело…