Джон Кинг - Английский путь

Он встал рядом с Тедом и Барри и посмотрел вокруг. Он увидел несколько удобных кресел и диван, столики, на которых лежали газеты; клуб нравился ему все больше. Здесь не было никакой роскоши, но зато очень уютно. Он пригубил свое пиво. Фэррелл стоял с Тедом и Барри, потому что у Эдди был коммуникабельный характер, его многие знали, и он остановился поговорить с какими-то седыми людьми в пальто.

— Неплохо, — сказал Тед. — Совсем неплохо. Согревает кровь.

Фэррелл подумал, что Тед говорит о пиве, но, проследив за его взглядом, понял, что ошибается — глаза Теда были устремлены на средних лет женщину за стойкой. Она открывала бутылку светлого эля, и Тед с замиранием сердца следил за ее действиями. Да, на взгляд Фэррелла она тоже неплохо выглядела, одежда и косметика производили приятное впечатление. У него не было никаких мыслей в этом направлении, хотя красоту он не мог не оценить, но Тед всегда обращал внимание прежде всего на женщин.

— Кожа у нее немного морщинистая, — сказал Барри. — Она старается выглядеть моложе своих лет, как и ты, Тед, когда мечтаешь о ней.

Фэррелл посмотрел на этих людей, каждому из которых было за семьдесят, но в голосе которых не чувствовалось и тени каких-то возрастных комплексов. Мужики всегда остаются мужиками. Даже когда они старые и седые, они все равно обсуждают женщин, как будто им по двадцать пять.

— А я слышал, как она говорила, что ты ей очень понравился, — с серьезным видом ответствовал Тед.

Барри кивнул, улыбнувшись.

— Как тебе твоя новая квартира, Билл? — спросил Тед. — Ты теперь совсем рядом со мной. Всего-то остановку на автобусе. Это здорово — встречать старых друзей после столь долгой разлуки.

— Нормально, — ответил Фэррелл. — Я теперь ближе к своим родным, да и людей местных знаю. Нормально. Хорошо, что я переехал. Это как бы новое начало, заодно я кучу ненужного хлама выбросил. Не то чтобы мне было плохо на старом месте, просто хорошо, когда что-то меняется, даже если ты стар.

— А я с самого начала живу в одном и том же месте, — прокряхтел Барри.

Тед фыркнул, едва не расплескав пиво.

— Ты старый вонючий козел, — сказал он. — Ты как вампир, шатающийся по кладбищу в ожидании новых жертв. Барри Дракула из Трансильвании.

Билл засмеялся, а Барри передернул плечами, входя в новый образ.

— Ладно, парни, — продолжил Тед. — Кругом полно женщин, мечтающих о таких парнях, как мы. И это дешевый бар.

Фэррелл заметил Манглера. Сейчас он казался меньше и не таким опасным, каким он его запомнил. Он стоял в другом конце бара, разговаривал с кем-то еще. Манглер — Дэйв Хорнинг. Интересно, чем он занимался все эти годы, но Фэррелл был еще не настолько пьян, чтобы подойти. Что, если Манглер его не узнает? Хуже того, что, если он начнет вспоминать про день высадки и Европу? Вспоминать про войну? Фэррелл попытался припомнить, где и когда был Манглер. В голове образовалась какая-то пустота. Он знал, что Манглера не было рядом, когда он убивал мальчика. Но он должен был это сделать, у него не было выбора. Или он, или немец. Внезапно он занервничал, потому что если это не так, тогда получается, что он ничем не отличается от Манглера. Фэррелл смотрел на его медали. Они были начищены до блеска, и голова Короля на них просто сверкала. Кровью и потом. Фэррелл поднял кружку и сделал большой глоток. Он спросил Барри, как поживает его жена.

— Очень хорошо, Билл, спасибо, — ответил Барри, оживившись.

— Мы собираемся этим летом в Селси, в пансион на пару недель. Раньше мы всегда брали с собой детей. Мы туда часто ездили и знали большинство соседей. Это достаточно забавно, и сейчас Дик и Берни иногда приезжают на несколько дней. Уже со своими.

— И сколько у тебя теперь внуков?

— Девять, — сказал Барри, улыбаясь. — Трое детей и девять внуков. Пять мальчиков и четыре девочки.

— Ты что, за Эдди пытаешься угнаться? — вставил Тед.

— Мне все равно. Чем больше, тем лучше. По крайней мере, они сами зарабатывают себе на хлеб.

Фэррелл кивнул; он думал о том, каково это для Теда — не иметь детей? Тед слишком любил женщин, чтобы когда-нибудь остепениться. Он всегда жил ими, вертелся вокруг них и слушал джаз. Когда они вместе состояли в ТА, о Теде постоянно рассказывали всякие истории — обычно в шутку, но не все в них было враньем. О пушках, драгоценных камнях, и что-то про какое-то кольцо. Фэррелл не помнил точно, но если Эдди был типичным английским патриотом, слишком типичным, может быть, а Барри — любящим покряхтеть семейным человеком, то Тед был самым настоящим пижоном. В хорошем смысле слова. У каждого из них было что-то свое, особенное.