Ласло Варгаши - Котёл

— Кролик, да замолкни ты. Ты всегда страдаешь словесным поносом уймись. Скажи конкретно.

— Так я конкретно. Крым может уплыть.

— А, пустяки, — сказал Пердуске. — Я могу поехать и все там улажу в течение часа.

— Ой ты, мой золотой! Да я прикажу тебе там памятник воздвигнуть, нерукотворный, как писал наш поэт, как его, а Шопченко. Ну, бывай. Позвони из Крыма. Прижучь их там, негодяев. А то… сепаратисты, завоеватели, загарбники и всякая политическая белиберда.

Еще летали самолеты, еще курсировали поезда из Киева в Крым, еще воды континентальной Украины орошали крымские поля, еще автомобили, грузовые и легковые выпускали ядовитый дым из выхлопной трубы в Ялте и возвращались обратно в Киев. Но проснувшиеся крымчане, экое диво — желание покончить с унижением, стремление быть свободными, так редко будоражащее душу русского человека, выплеснуло всю гордость, всю свою прыть, — крымчане стали другим народом. У них открылись глаза и это уже были другие глаза, это были глаза ненависти к так называемому младшему брату, который унижал их свыше двадцати лет и ржал при этом, как последнее падло.

Пердуске — великий человек, богатый человек, неприкосновенный человек с депутатским мандатом, друг и брат по крови Коломойше, сел на личный самолет и приземлился в Симферополе. С ним были шесть его помощников. Как только он увидел море и берег Крыма, злость серпом саданула по его щедрому никогда не унывающему сердцу. Как смеют эти рабы, бунтовать- Кто им разрешил- да вся Украина их кормит. Ну сейчас я разберусь. Я им такое устрою…Он нажал на кнопку, как только приземлился, чтобы удостовериться, приехал ли его водитель на Мерседесе в аэропорт. Оказалось, приехал. Только надо пройти контрольный пост в связи с новой обстановкой.

Выпучив грудь вперед, высоко подняв подбородок, он решил пройти контрольный пост с удостоверением депутата в руке. С него потребовали паспорт и попросили назвать цель приезда. Пердуске развернул удостоверение депутата Верховной Рады, ударил плечом охранника, тот едва на ногах удержался и прошел, гордо глядя вперед. Дежурные переглянулись, пожали плечами: депутат все же, а по поводу депутатов в инструкции ничего не написано. Пусть себе едет, черт с ним, еврей проклятый. Сидя в машине рядом с водителем, за спиной разместились помощники, он обнаружил несколько постов, которые пока его машину не останавливали и только на въезде в город Симферополь на высоком бугре им преградили путь. Мужчина крепкого телосложения с повязкой на рукаве попросил документы. Пердуске ткнул в нос удостоверение.

— Всем выйти из машины. Живо!

— Ты что, не видишь, с кем имеешь дело- Раб.

Мужчина взял великого человека за шиворот, выволок и приказал раздвинуть ноги.

— Обыскать! — приказал стоявшим рядом помощникам. Остальных вывели, уложили на асфальт лицом вниз и обыскали. Но ни у кого ничего подозрительного не нашли.

— Куда и зачем- спросили Пердуске.

— Я еду к вашему руководству от имени Верховной Рады Украины на переговоры.

— Ладно, поезжай!

Замелькали дома, одно- двухэтажные, а потом начался город. В городе полно людей. Такое впечатление, что все вышли на улицу. «Ух, вас бы плетью», — подумал Пердуске и приказал жать на газ.

— Здесь ограничение скорости, — возразил водитель.

— Плевать!

Не проехали и десяти километров их остановила служба ГАИ. Пердуске тут же извлек удостоверение депутата Верховной Рады. Работник ГАИ развернул, сверил фотографию с оригиналом и положил в карман.

— Документы!

Водитель вытащил все, отдал.

— Машину на штрафную площадку, — приказал капитан. — Нарушение скорости.

Тут Пердуске вышел разъяренный, как тигр и попытался наброситься с кулаками на работника ГАИ. Но тут подскочил какой-то мужчина и в мгновение ока сбил олигарха с ног.

— Я депутат Верховной Рады, я вам устрою. Я вас лишаю должности, а потом и свободы.

— Сделайте депутату украинского парламента легкую санобработку, — приказал капитан.

— Будете бить- за что- Что я такого сделал- Я все же дупутат.

— Мне плевать, кто ты. Возможно ты и депутат, но прежде всего ты дерьмо, а потом уже депутат. Сколько заплатил за мандат-

— Девять миллионов.

— На Майдане для бандеровцев, сколько пожертвовал.

— Это мое дело.

— Ребята, сделайте ему санобработку! — повторил капитан.

— Не надо, я сдаюсь. Я пришел на переговоры от имени Верховной Рады. С кем тут можно поговорить-

— С народом. Только пойдете пешком. Здесь на машине нельзя: видите все улицы заполнены людьми.