Ласло Варгаши - Котёл

— Труп сюда! Это требование Нуланд. Ви есть на опасность потерять Крым. Бардак не простит. Бардак там хотел строить дача.

— Но проблем, я ему вашему, простите, нашему Бардаку отдам свою дачу, она в три этажа… прямо на берегу моря, — заверил Кролик госпожу Нуланд.

Прибежал Трупчинов с вываленным языком, вернее, его внесли.

— Слава Украине! Слава Америке! Долой Россию! Госпожа Нуланд, позвольте вам выразить свое уважение целованием ваших мизинцев на генеральских ногах.

Он тут же упал на колени, обнял ноги Нуланд и принялся сосать большой палец на левой ноге.

— Щекотно, Труп! Труп, встать, Труп, дать отчет. Оба садиться рядом и давать отчет Нуланд. Куда и зачем уплывает Крым- Бардак Омама возмутиться, он хотель там строить дача и посадить американский флот. Бардак тратить пять миллиард доллар на этот народный война, взять и сделать 52 штат Крым!

— А что мы должны делать? — спросил Кролик. — Я могу взять Европейский флаг, поехать в Крым и там размахивать, если это поможет.

— Там надо пиф-паф. Оружие поднять, солдат вперед, Крым — чик-чик и нет.

— А где министр обороны? Он что в отпуске? Вызвать немедленно.

— Другой министр делать, тот старый министр снять. Старый министр москаль.

Но министр обороны Украины, как чувствовал: прибежал. Его еще Янукович назначал.

— Сколко есть у тебя пушка?

— Одна, — ответил министр, — но в ней затвор не работает.

— А сколько танк? — не унималась Нуланд.

— Два.

— А сколько сольдат?

— Полторы, нет. Два солдата есть, но и те инвалиды не боеспособны, — сказал министр обороны.

— Кролик, армия создать, вооружений закупить, Крым отбить.

— Госпожа Нуланд, денег нет, казна пуста.

— О, майн Гот! — взревела Нуланд и размазала слезы по лицу.

— Госпожа, не плачьте, мы Крым не отдадим.

— Крым — наш, — добавил Трупчинов. — Он был и будет нашим во веки веков аминь. Господи помилуй и спаси.

— У нас есть войска в Крыму, — сказал министр обороны. — Почти все бандеровцы. Это гвардия Ющенко, экс-президента.

Министр Обороны позвонил в Крым заместителю командующего Сиське, уроженцу Львова. Тот сообщил, что они заблокированы людьми в черном, только глаза видны. "Если не хотите жить, выступайте, говорят нам," — сообщил зам командующего. — "Вот и сидим, ждем. Обещают выпустить, предлагают перейти на службу в Российскую армию. Зарплата в два раза выше. Уже больше десяти тысяч нарушило присягу и добровольно перешло на сторону врага".

— Что это за народ. Я возвращаюсь на Бардак, доложу ему, пусть он от вас откажется. Вы нас разорите. Пять миллиардов впустую.

— Госпожа Нуланд, если вы нас бросите, я себя сожгу на центральной площади в Киеве.

— А я в бабтисткой церкви в США, — пригрозил Трупчинов.

В самом конце необычного совещания прибежала Юлия. У нее веночек вокруг головы размотался, свисал, делая хозяйку, похожей на ведьму.

— Госпожа Нула, госпожа Нула, не уходите, пожалуйста, ласкаво просимо, не уходите! Передайте Бардаку, моему любимому Бардаку, Бардаку Омаме, ой мама, нехай мне этот Бардак выделит мульярд долларов, и я организую поход на Москву. И еще мне надо одну ядерную головку, чтоб сжечь москалей. Всего одну бомбу, у вас их много. И тогда никаких проблем ни для Америки, ни для Украины.

— Кто такой этот старый ведьма? — спросила Нуланд Кролика.

— Это Юля Капительман или Тимошенница, великая женщина, которую Янукович в течение десяти лет держал в подвале, привязанной к ножке кровати. Видите, какое у нее желтое личико, она пожелтела, потому что лежала голая на голой желтой земле. Она героиня Майдана, ее афторитет выше всех в Евросоюзе.

— Моя на Евросоюз наплевать. Евросоюз непослушный, ленивый, проморгал Крым и Януковитч проморгал. Ти, баба, бери метелка в руки, а то у вас на ступеньках первого этажа бумажка валяется, — произнесла Нуланд и топнула ногой на Юлю.

— Я жаловаться буду…Бардаку. У меня в моем особняке в каждой комнате, на каждом этаже висит портрет Бардака, всего пятьдесят штук. Я поняла, что у меня самой дома бардак. Но все равно…где мой телефон. Бардак сейчас спит?

— Он на тойлет зубы чистит, — примирительно сказала Нуланд. — Кролик, пушка, танк, пирожок на Крым и пиф-паф!

Она убежала в лифт, зная, что внизу ее ждет посол Пайетт.

— Ну, шо робыть? — сквозь слезы произнесла Юля. — Просрали Крым.

— Крым — наш! — запел песню Кролик.

— Крым — наш! Господи помилуй и благослови! — запел Трупчинов, складывая руки как в баптистской церкви.