Ласло Варгаши - Котёл

К нему подошел лейтенант Лопата, подал руку и Ротозейко поднялся с места. В это время просвистела пуля мимо лица.

— Э, плохо, брат. Русские бьют точно. Что будем делать- Сдаваться- Посадят в каталажку.

— В яму, — сказал Ротозейко. — Надо оружие собрать.

— Для чего- спросил лейтенант Лопата.

— А мы его подожжем. Оно не должно достаться врагу. Если мы сдаемся в плен, оружие надо уничтожить. Если спросят почему сожгли, скажем: само загорелось, не успели потушить.

Оружие было быстро собрано, вынесено во двор, облито соляркой и подожжено.

Та сторона выжидала. Раз стрельба прекратилась, значит, скоро будет вывешен белый флаг. Значит: сдаются. Но силовики ждали, пока все не сгорит. Деревянные части сгорели быстро, металл местами покорежился, таким образом, автоматы, пулеметы были выведены из строя. А вот БТРы остались. Осталась и одна пушка старого образца. Из нее силовики не пытались стрелять, она была негодна.

Первым вышел капитан Ротозейко с поднятыми кверху руками.

— Слава Украине! — выкрикнул он бандеровский лозунг.

— Что, сдаетесь- Сколько вас там-

— Двадцать пять человек.

— А новички где-

Закрыты в казарме.

— Сколько их там-

— Девяносто человек.

— Где ключи-

— Потерялись.

— Бери железный лом и при помощи лома открой дверь. Пусть все выйдут и построятся здесь во дворе.

Сержант Артемьев с автоматом на изготове заглянул в казарму, где прятались остальные офицеры и боевики Правого сектора.

— Руки вверх! — дал он команду и направил дуло автомата в сторону пленных.

— Ты мочкаль- спросил он небритый верзила, похожий на попа.

— Не разговаривать! Смирно!

Он сделал выстрел поверх голов. Бандер присел, охнул и посмотрел на штаны, которые он только что увлажнил.

— Трус! Руки вверх! Всем поднять руки, выходить на улицу в шеренгу по два. Эх, вояки! Да вам только с бабами воевать.

Пока Ротозейко открывал казарму, построенных офицеров увели в подвал. Поставили на входе караул и пошли звонить начальнику воинского объединения «Восток».

Пацанов выпустили, построили так же в шеренгу по два и стали спрашивать, кто откуда. Оказалось: западники из Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской областей.

— Ну, хотите воевать, вояки- спросил Артемьев.

— Кушать хотим, кушать. Четыре дня нас не кормили, вшей напустили, вши нас едят.

— А где же ваш Пипиярош- Он ведь всех вас кормит.

Надо было наесться так, чтоб до конца войны хватило.

— К мамке надо. Отпустите нас домой.

— Воевать будете.

— Я больше — ни!

— И я ни.

— Мамка дома плачет. Я один у нее, отпустите домой.

— Хорошо, ребята! Вы все свободны. Если выберетесь из Луганска, добирайтесь домой любым транспортом.

— А ежели нас пымают вояки Пипияроша-

— Приглашайте мамок, пусть за вами приедут. Впрочем, кто хочет служить у нас, милости просим. Мы вас будем кормить, отмывать в бане и давать вам хороший ночлег.

— А воевать надо-

— Придется.

— Пишите меня.

— И меня запишите.

В связи с тем, что батальон «Восток», бравший воинскую часть штурмом не имел своей столовой, командир Артемьев распорядился выдать молодым бойцам из дивизии «Галичина» сухие пайки. Ребята расположились на скамейках спортплощадки и буквально проглатывали бутерброды и еще просили.

Служить в освободительной армии осталась примерно треть молодых бойцов, а остальные, растворившись в толпе, искали выхода, но город оказался окружен бандеровцами, а мальчишки теперь считались предателями. Один из них по фамилии Коза согласился сотрудничать с командованием хунты и выполнять их задание. Он собрал остальных, кто не знал, куда деваться, привел их на блокпост. Тут с ними провели агитационную работу и заставили повторно принять присягу. После присяги рассредоточили на разных блокпостах, в разных взводах и батареях, где им вменялось рытье траншей, поднос воды, дежурство в ночное время, когда террористы ложились спать. В одном из бою молодой воин Цап встретил воина Козука, служившего в народной армии Донецкой республики.

— Ваня, ты что здесь делаешь- Бросай ружжо и иди к нам, здесь ребята лучше, здесь не Правого сектора, тут никто не стоит за спиной с автоматом, нацеленным в спину.

— А если узнает отец, он меня убьет. Мой отец настоящий бандер.

— Ничего не будет, пока разберутся, где кто воевал, мы уже будем свободны. Поедем ко мне в Новомосковск, это недалеко от Днепропетровска. Хороший городок. Женишься на моей двоюродной сестричке Наташе.