Ласло Варгаши - Котёл

— Я с вами, — сказал он. Но как только работники его многочисленных шахт попросили Рената перечислить налоги в казну новообразованной Донецкой республики, Гобсек отказался. А миллионному городу нужны были деньги. Коломойша, как владелец «Приват банка», заблокировал все кассовые аппараты на территории Донецкой и Луганской областей.

— Я заморю их голодом, — заявил он.

Владельцы банковских карт, где хранились деньги, не могли снять ни рубля в банкомате. Как они вышли из этого положения, один бог знает. Возможно, помогли все те же русские братья.

Хунта поняла: дончан так просто не взять, они крепкие орешки. Тогда стали собирать остатки армии, где как и везде процветало воровство. Кролик заявил, что казна пуста, но он, грубо говоря, врал: он сам потянул свыше двадцати миллионов из пустой казны на личные нужды.

— У нас миллионы людей владеют мобильными телефонами, — заявил Кролик на заседании Совета министров. — Если каждый владелец перечислит пятерку на нужды армии, мы получим значительную сумму. Бросьте клич. Запустите агитацию по телевидению, по всем каналам, напишите об этом во всех газетах и собирайте, собирайте, даже обманным путем.

— Ведь чтоб обмануть, надо что-то сказать, как-то сагитировать, — сказал министр связи Разгуляйко.

— Эх, Разгуляйко- Размотайко! Как вы не понимаете- Сделайте так, чтоб один звонок абоненту и уже пятерка была на счету, вот он номер счета, на стене под портретом президента Трупчинова.

— У нас президент Пердуске, — сказал Разгуляйко. — Сам Бардак его поздравил, а нам сам Бог велел.

— Я этого не знал. Где министр культуры- Сверло, где ты- Срочно патрет Пердускке! Чтоб до конца совещания уже висел над моей головой.

Министр культуры Сверло как раз заканчивал процедуру извлечения яблочного зернышка из донышка гнилого зуба, а окрик премьера заставил его вздрогнуть и закрыть рот вместе с зубочисткой.

— Патрет, значит, а идее я его возьму. Еще ни один художник не приступал к написанию патрета. Может, повесим Юлю- Все думали: Юля будет президентом, а тут вышло, в общем, нехорошо вышло.

— Нехорошо- Ты сказал нехорошо- Фсе! ты уволен! Вы слышали, господа министры: Сверло сказал: нехорошо. Да знаете ли вы, что Пердуске великий человек, он мудрый человек, он ходит ровно по прямой дорожке и не налегает ни на одну ногу, а Юля…она хромает. Вы хотите, чтоб Украина хромала- Она и так хромала все годы, будучи порабощена Россией. Все, министр, Сверло, прощайте и не поминайте лихом.

— Шалом, Яцек! — произнес бывший министр и кисло улыбнулся.

— Давай, давай! Дуй, дуй!

— Паруубий, иди, достань патрет великого человека.

— Есть достать патрет!

Паруубий с фотоаппаратом направился в офис Пердуске.

— Стань по стойке смирно, Пердуске! Кролик требует твой патрет как нового президента, шоб висел у него над лысиной. Сделай умный и строгий вид, отец нации.

— Я приспущу штаны, а ты засними. На первый раз достаточно. Это персонально для Кролика, так ему и передай.

— А большего он не заслуживает- Что ж, ежели так, обнажайся.

— Тебе точно такой же патрет. Вы вдвоем не смогли очистить Донбасс от российских террористов. Народ Донбасса страдает, а они в своих кабинетах отсиживаются. Знаешь, сколько у меня писем от матерей и детей, да пенсионеров. И все задают один и тот же вопрос: когда наведете порядок. Да я в течение часа наведу там блеск. Ни одного террориста, ни одного здания, все города будут стерты с лица земли, а вы…будете искать работу, но выше дворника не получите. Гут бай!

Игорь Коломойша награбил так много денег, что не знал, что с ними делать, куда их девать. Миллиард восемьсот миллионов долларов, не самый большой капитал, но если им правильно распорядиться, он может приносить баснословные прибыли. Об этом Коломойша думал постоянно и напряженно. Подобно всем успешным бизнесменам он не пьянствовал, не снимал рестораны за границей за баснословные суммы, не разрешал детям вести разгульный образ жизни, как многие другие бизнесмены, а жену Руфь устроил на работу секретарем на один из своих заводов.

У Коломойши были еще многочисленные отделения «Приват банка», приносившие ему баснословные прибыли. Если бы он не был таким жестоким, если бы он более терпимо относился к русским, а русскими он считал и украинцев, его можно было бы считать хорошим хозяином, способным из ничего извлекать прибыль. Он ненавидел Украину, как Ленин Россию и до того, как в Киеве власть захватила хунта, жил за границей. Там у него от полноводной реки ответвился тоненький ручеек, куда уходили деньги. Но это никак не влияло на его капиталы, они все равно продолжали увеличиваться и он уже готовился стать конкурентом американских миллиардеров — еврейской национальности.