Ласло Варгаши - Котёл

— Бардак, твоя хорошо говорит, твоя умно говорит, но у нас свой проблема. Нет, моя твоя не понимает, гут бай, Бардак.

— Не очень, не очень, а то Америка вам покажет, — стал грозить Бардак.

— Вот тебе дуля, Бардак. У нас рядом Китай, Китай тебя шапками закидает, Бардак и никто тебя не найдет. Иди на жопа, Бардак.

— Америка вас просить, Америка вам помогать.

— От слов к делу, Бардак. Съезди в Пекин, может с ними договоришься.

— Моя поездка в Пекин не запланирована, а если не запланирована, то она состояться не может.

— И у нас не запланированна.

— Ну, я вас прошу.

— Хорошо. Один ящик банан мы в Москву не пошлем. Пусть это будет тебе поддержка.

— Вот видите, мы смогли договориться. Примите у меня один доллар на развитие экономики вашего государства.

Наполненный гордостью Бардак ушел в гостиницу и ждал звонка Госсекретаря, но тот не звонил. Или погиб в войне с русскими, или телефон у него не работает: аккумулятор разрядился.

Он решил набрать сам. Кэрри тут же ответил.

— Кэрри, войны еще нет. Атомные подводные лодки у наших берегов не замечены. Если заметишь — звони, я нажимаю на кнопку пусковых ракет. Когда я вернусь уже и атомная война закончится.

— Некуда будет возвращаться, Бардак, здесь будет сплошной бардак.

— Мы будем думать. Я заканчиваю турне по Азии. Толпы народа меня встречают, ни одного тухлого яйца не было. Лидеры государств вводят санкции против России повсеместно. Теперь Россия зажата с востока, запада, севера и юга. Мы все ее задушим, так что ей не придется посылать нам ракеты в качестве презента. Потерпи, Кэрри, я скоро буду. Гут бай, Кэрри. О, момент, тут кльоп лезет.

— А разве в Азии водятся клопы- Клопы только в России.

— А что, я разве в России- Это же Нижний Новгород, о, майн Гот.

Трудно определить точное время государственного переворота на Украине. То ли это было в день подписания позорного соглашения между президентом и оппозицией в лице пресловутой тройки (Кролик, Тянивяму, Кличко) в присутствии трех министров Евросоюза — Германии, Франции и Польши, которые вроде бы выступали гарантами этого соглашения, — кажется это было 22 февраля 2014 года. Это был один из важнейших дней в судьбе президента Януковича и не только его лично, но и всей страны. Так называемый смертный приговор, подписывая соглашения, поставил Янукович не только себе, но и всей стране. Лживые члены хунты твердят, что это был исторический день, день начала возрождения, процветания Украины.

До 22 февраля в кабинете президента всегда было полно гостей. Это были члены посольства, представители Госдепа США и бесчисленное количество клерков из Евросоюза. Президенту тяжело было дышать. Гости, сменяя друг друга, садились в кресло, произносили в основном поучительные речи о демократии, о его поведении, о мирной демонстрации благонамеренных людей из Галичины, о том какой он мудрый и демократический президент и что договор с представителями оппозиции единственный выход из тупика. Вместо того, чтобы взять метлу в руки и вымести всех этих лживых и коварных швабов из своего кабинета, запереть дверь и открыть окна для проветривания. Янукович дал согласие выполнить, все, что от него требовали.

Три министра — Лоран Фабиус, Штайнмаер, Сикорский, поставив свои подписи, тут же засуетились, заторопились, ссылаясь, что кого-то ждут, что кто-то опаздывает, а у Сикорского начался понос, не подавая руки президенту на прощанье, разбежались как зайцы, почувствовав, что может начаться погоня. Они все втроем в тот же вечер были дома, каждый в своей стране.

— Что это они- спросил президент у своих растерянных соратников, которые пожали плечами, не зная, что отвечать и тоже стали искать причину, как бы поскорее смыться.

Представители оппозиции, Кролик победно хихикнул, ушли, не сказав ни слова.

«Должно быть, все бросились в ресторан, ведь сидим здесь уже десятый час. Пойти и мне что ли перекусить. — Он посмотрел на свою не пожатую руку, такого ведь раньше никогда не было, и ужаснулся: неужели его все покинули- Да, похоже, что-то случилось, выйду, посмотрю».

Он вышел: ни одного охранника. Охрана оставила его. Началась дрожь в коленях. Он машинально вернулся в просторный кабинет, набросил на голову шляпу и плащ на плечи и не закрывая входную дверь, вышел на улицу. Водитель ждал его.

— Садитесь, надо спасать свою шкуру. Все бросили вас и даже крутили пальцем у виска.

— Заводи мотор и ко мне домой, — приказал уже теперь бывший президент.