Иван Кузмичев - «Поступь империи» (сборник)

Посидев еще пару минут, гости пошли в отведенные для них покои. Время, проведенное в тюрьме сложно назвать отдыхом, пусть даже и экзотическим. Ночью Александру впервые за долгое время приснился кошмар. В нем он убегал от царя в окровавленном рваном камзоле с мятым листком бумаги в руке, Алексей же бежал за ним попятам, с его губ не слетело ни одного слова, будто он был немым. Одним словом – жуть.

Утром надворный советник узнал, что посол отбыл на аудиенцию к королеве, а граф вместе с парой слуг отправился в город. Баскаков остался, предоставлен сам себе, один одинешенек. Подумав, Саша решил не терять времени и сел за письмо царю с просьбой оставить его подле князя Куракина.

В прошлые времена в столицу свеев нет- нет, да залетали грустные вести о поражениях королевской армии, и даже победа Стенбока над датским войском слабо скрашивала общую картину бед королевства. На рынках судачили торговцы, спорили в цехах мастеровые, втихомолку роптали крестьяне. А налоги между тем росли как на дрожжах, армия и флот, словно морское чудище – левиафан пожирали казну королевства.

Всё больше купцов разорялось, пустели поля, сиротели дома. Король требовал новых рекрутов для войны. Государство свеев держалось из последних сил. Однако дворянство терпело и верило, ведь не зря же они воевали десять лет, они принимали сторону короля, настаивающего на войне. До последнего времени. В эту зиму в столицу прибыли беженцы с Аландских островов и Финляндии. Они сеяли панику, рассказывали об ужасах войны: пожарах в осажденных городах, гибели горожан во время штурмов и прочих "радостях" войны.

Истаяла сказка Карла о том, что дела не столь плохи, как кажутся, люди постепенно впадали в депрессию, паника в пограничных землях лишь усиливалась, порой городки сдавались вовсе без боя. Русские отряды уже больше полугода свободно ходили по лесистым краям Финляндии, а гребной флот русских возглавляемые контр- адмиралами Боцисом и Федоровым всё чаще и чаще тревожил северные берега королевства…

— И что прикажете делать, господа? — король недовольно смотрел на притихших советников. — Что молчите?! Да вы здесь совсем без пригляда ополоумели! Как, я вас спрашиваю, как наш флот умудрился прозевать десант русских? Эти варвары свободно гуляют по Финляндии, острова, от которых рукой подать до нас и те у них!

Как это понимать? Предательство?

— Ваше Величество, позвольте…

— Что ты хочешь сказать, Арвед? Опять о замирении говорить будешь? — гневно воззрился на главного сторонника мира с царем.

— Если вы изволите…

— Помолчи! Я условия царя знаю наперед на трон недавно сел, а уже требования выставляет. Он, видишь ли, не видит мира без исконно русских земель, — не сдержавшись, король со всей силы ударил кулаком по столу, от чего кубок возле него покачнулся и завалился набок, остатки вина тоненьким ручейком полились по скатерти, за несколько секунд на белоснежной материи образовалось большое розовое пятно.

Глядя на это, Элеонора, родная сестра Карла, бывшая до недавнего времени регентшей, незаметно подала знак дворецкому, чтобы заменили приборы и заново накрыли на стол. Так получилось, что принцесса даже после прибытия брата в страну продолжала присутствовать на заседаниях Совета, только сидела не во главе стола, а по левую руку от короля. Справа от Карла восседал Георг Генрих фон Гёрц, барон фон Шлитц. Этот человек смог втереться в доверие к шведскому королю во время его бегства из Турции.

В последнее время барон получил едва ли не большую власть, чем любой из присутствующих на заседании министров, а в будущем вполне возможно, что он будет обладать еще большим влиянием. Но это и неудивительно, ведь Георг имел богатый опыт по охмурению власть имущих. До недавнего времени он безраздельно властвовал в Голштинии, но из-за сильного недовольства дворян был вынужден покинуть страну, и вот в итоге он оказался возле Карла. Разъяренный и подавленный король с радостью принял лесть и внимание умного, образованного Гёрца, ну а дальше доверие к выпускнику Йенского университета только росло. И сейчас по его предложению Монетный двор начал выпускать нодмунты – государственные деньги не обеспеченные ни казной, ни властью.

— Ваше Величество, но ведь можно с царем о мире говорить, он и условия предлагал хорошие… — Гёрц говорил тихо, так чтобы слышали только король и Элеонора.