В. Виджани - Мечта

Как и предполагал Пашок, прохиндей оказался ее пресловутым агентом. Алмазов тоже заметил ее, помахав короткой ручкой. Пашка чуть не стошнило, и он отвернулся, искоса приглядывая за девушкой. На одном плече у нее висела картонная папка, видимо с работами, на другом — тоненький портфельчик с ноутбуком. У Пашка задрожали руки — он никак не мог войти на свою страницу и послать ей смайлик еще до того, как она войдет в Сеть. А то, что она войдет, не было никаких сомнений, иначе зачем тащить с собой портфель?..

Ева расположилась за столом боком к нему, первым делом открыла бук и уж потом заказала кофе. Пашок усмехнулся. Предсказуемость в ее поведении ему нравилась. Он чувствовал себя кукловодом, играющим своей любимой марионеткой.

Постепенно возбуждение отпустило, и он расслабился, смело поглядывая в сторону столика, за которым сидела Ева. Смешная парочка чинно беседовала, попивая кофе. Больше говорил Авдей. Загибая короткие пальцы, похожие на сардельки, он что-то доказывал девушке, и та соглашалась. Пашок послал ей приветственный смайлик и маленького ктулху с тонким намеком на мозгоклюев, высушивающих мозги.

Ева откинулась на спинку кресла и теребила край платьица — видно, надоел ей этот агент до зеленой тоски, — а Пашок безостановочно долбил по клавишам, отправляя сообщение за сообщением. Она краем глаза наблюдала за экраном, продолжая внимательно слушать своего агента. Пашка это разозлило. Неужели этот урод ей дороже «Оффа»? Такого не может быть априори! Пашку нравилось заграничное слово «априори», и он вставлял его в случаях, когда словесно рубил с плеча. Окончательно разозлившись на Еву, он решительно набрал сестрицу.

— Здорово! — зашипел он в мембрану.

— Привет, — вяло ответила та, — чего тебе?

— Ничего. Можешь приехать на Арбат в «Шоколадницу»? Эта тут сидит.

— Кто? — не поняла Ирка.

— Блин, не тупи.

— Не поняла-а-а, — протянула Ирка, — ты чё, пьяный?

— Ева тут, — еще тише прошипел он, — дуй сюда, свечку нам подержишь.

— Да ну! — оживилась Ирка и захихикала. — Врешь!

— Давай быстрей, если хочешь увидеть! Поднимешься на второй этаж, я сижу в конце зала. Ну, увидишь… Только тихо будь! На шею мне не кидайся!

— Поняла. Минут через двадцать буду! — Ирина отключилась.

Авдей как раз в этот момент начал прощаться, что-то шепча Еве на ухо и сально улыбаясь. Она сухо кивала и хмурилась. Наконец толстяк передал ей пухлый конверт и, взяв папку с работами, поперся на выход.

Ева ответила Пашку тут же, как только свалил ее агент. Жадно набросилась на «клаву» и стала писать. Ее пальцы танцевали, выписывая необыкновенные пируэты. Пашок сразу оттаял. Ему захотелось подойти к ней и признаться в глупой невинной игре, познакомиться поближе, посидеть, молча улыбаясь, и это было бы во сто раз лучше, чем писать черт-те что… Но пальцы отстукивали прямо противоположное тому, что он думал. Ева копалась в буке, изредка отводя глаза от монитора. Проследив за ее взглядом, Пашок увидел рекламный щит, на котором сверкающими гигантскими буквами было написано «ТинькОФФ». Во дела! Девчонка подсела на него конкретно. Он тут же засуетился — может быть, познакомиться? В глаза бросилось жирное пятно на рукаве свитера, который показался убогим и пошлым. Пашок совсем сник. А она сидела перед его носом и улыбалась в экран. На секунду их взгляды пересеклись. Она выгнула бровь и опустила глаза. Нет, ей нельзя жить одной, решил Пашок, никак нельзя. Ее может обидеть любой, и любой может запросто стать обладателем этого сокровища. И пусть она не блистала той броской красотой, к которой стремилась его сестра, в одно мгновение она стала для него единственной отдушиной в этом беспощадном холодном городе.

Случись их встреча, они наверняка смотрелись бы красивой парой. Прыщи бы ему повылавливать да изменить имидж…

Он продолжал изучать ее, мысленно лаская и целуя. Такая не пойдет с первым попавшимся «героем» пить пиво или лузгать семечки на детской площадке. «Придумала дурацкий ник, — он отвернулся, — вот дурочка. Разве такая должна в Сети сидеть? Точно глупыха» — его сердце зашлось от нежности. Он повернул голову и уставился на нее долгим тяжелым взглядом.

@

— Кофе с корицей? Да ты гурман! Только с грязными ногтями, фу-у-у-у! — Ирка присела на диванчик и привычным жестом подозвала официантку.

— Давай без нравоучений. Сказал же, девочка моя на все сто. — Он кивнул в сторону Евы и осклабился: — Баксики на стол.

Ирина рассматривала меню и ехидно улыбалась: