Джон Тул - Сговор остолопов

— Закрой свою жирную пасть и плати давай.

— Для такого возраста вы довольно непреклонны. И тем не менее, идти пятьдесят кварталов до моего дома пешком я не собираюсь. Уж лучше я приму смерть от ржавой вилки лицом к лицу.

— Ладно, кореш, тогда слушай меня. Предлагаю тебе сделку. Ты идешь на улицу и час толкаешь одну из этих тележек — и после этого расходимся.

— Разве мне не понадобится санкция Департамента Здравоохранения или что-то в этом духе? Я хочу сказать — а вдруг у меня под ногтями что-то весьма изнурительное для человеческого организма? Кстати сказать — вы всех своих киоскеров подобным образом нанимаете? Ваши практики найма едва ли идут в ногу с текущей политикой. Я чувствую себя так, точно меня подпоили и забрили в солдати. Я чересчур опасаюсь осведомляться о том, как у вас имеет место процедура увольнения сотрудников.

— Только попробуй еще раз «горячего собачника» на гоп-стоп взять.

— Вы только что попали в самую точку. Точнее — в две, буквально: в мое горло и в мое кашне. Надеюсь, вы подготовлены к тому, чтобы компенсировать мне за кашне. Таких тут больше нет. Его произвели на маленькой фабрике в Англии, впоследствии уничтоженной «Люфтваффе». В то время ходили слухи, что «Люфтваффе» намеренно разбомбило фабрику, чтобы подорвать британский боевой дух, ибо немцы видели Черчилля в подобном кашне в одной из конфискованных кинохроник. Насколько мне известно, это может быть то же самое кашне, которое носил Черчилль в том конкретном «мувитоне» [ Точнее говоря, «Movietone» — метод записи звуковой дорожки непосредственно на пленку, впервые примененный кинокомпанией «Уорнер Бразерс» в 1927 году.] . Сегодня их ценность исчисляется тысячами. Его также можно носить и как шаль. Смотрите.

— Ну что ж, — наконец произнес старик, насмотревшись, как Игнациус делает из кашне кушак, перевязь, плащ, шотландскую юбочку, пращу для сломанной руки и платок на голову, — мне кажется, за час ты много ущерба «Райским Киоскерам» нанести не сможешь.

— Если альтернативами этому служат узилище или пронзенный кадык, я с радостью пойду толкать одну из ваших тележек. Хотя я не могу предсказать, насколько далеко зайду.

— Не пойми меня неправильно, сынок. Я — парень невредный, но всему же есть предел. Я десять лет пытался превратить «Райских Киоскеров» в уважаемое заведение, да только это непросто. Люди на «горячих собачников» свысока поглядывают. Думают, у меня контора для всякой швали. И киоскеров приличных найти — целое дело. А только достойного паренька отыщу, как он выходит, и хулиганье его — на гоп-стоп. Ну почему ж Боженька так туго гайки закручивает?

— Пути Его неисповедимы, — отвечал Игнациус.

— Может, и неисповедимы, да только я все одно никак в толк не возьму.

— Озарение вам помогут принести труды Боэция.

— Я читаю отца Келлера и Билли Грэйма [ Уильям Фрэнклин Грэйм (род. 1918) — американский проповедник, выступавший с евангелическими гастролями по всему миру .] в газете каждый божий день.

— О, мой Бог! — поперхнулся слюной Игнациус. — Не удивительно, что вы настолько заблудший.

— Вот. — Старик открыл металлический шкафчик рядом с печкой. — Надень-ка это.

Он вытащил нечто, напоминавшее белый халат, и вручил его Игнациусу.

— Что это? — радостно спросил Игнациус. — Похоже на академическую мантию.

Он натянул одеяние через голову. С халатом поверх куртки он стал вылитым яйцом динозавра, готовым проклюнуться.

— Завяжи на талии поясок.

— Разумеется, не стану. Предполагается, что такие вещи должны свободно течь вокруг человеческой формы, однако именно этот предмет туалета, кажется, предлагает очень мало простора. Вы уверены, что у вас не найдется размера побольше?… По более пристальному осмотру я нахожу, что мантия эта довольно-таки пожелтела в манжетах. Надеюсь, эти пятна на груди — скорее кетчуп, нежели кровь. Последнего владельца этого одеяния, должно быть, закололи громилы.

— Вот, и колпак тоже надень. — Старик протянул Игнациусу небольшой прямоугольник белой бумаги.

— Я определенно не надену бумажный колпак. Тот головной убор, что у меня имеется, совершенно пригоден и гораздо более полезен для здоровья.

— Охотничью шапочку носить нельзя. Это — униформа «Райского Киоскера».

— Я не надену этот бумажный колпак! Я не собираюсь умирать от пневмонии, разыгрывая ради вас этот балаган. Втыкайте свою вилку в мои жизненно важные органы, если пожелаете, но колпак надевать я не стану. Лечше смерть, нежели бесчестье и болезни.