Дороти Херст - Тайны волков

Бабушка нашла ее там и спросила, почему она плачет. Тали призналась и проглотила слезы, опасаясь, что острая на язык Ниали, как и тетя, начнет браниться. Но старая женщина присела рядом с Тали.

«Конечно, с кроликами не поговоришь, — сказала она. — Им просто нечего сказать. И не верь всему, что болтают вороны. Они страшные лжецы».

Тали изумленно посмотрела на бабушку. Когда та встала и протянула руку, Тали сглотнула напоследок и поднялась. Женщина медленно зашагала прочь, уводя запинающуюся девочку со стойбища в лес. Когда они достигли тихой рощицы у ручья, Ниали села, и Тали пристроилась рядом.

«Твоя мать понимала животных, — произнесла женщина. — У нее был дар. Когда она умерла, ее старшая сестра, твоя тетка Ринали, решила, что это из-за того, что она разговаривала с животными. Какая глупость. Но людей так просто не разубедишь, а моя старшая дочь пуглива. Вот почему она велит тебе молчать».

Старуха разговаривала с Тали как со взрослым человеком, а не как с глупым ребенком, и девочка просто сияла от гордости.

«Ты еще слишком мала, чтобы многое уметь, и я не знаю, не разучишься ли ты понимать животных, когда вырастешь, — продолжала бабушка, как будто рассуждала не с Тали, а сама с собой, — но если вороны тебя разыскали, лучше не медлить».

Она встала и стряхнула сухую зимнюю пыль с одежды из оленьей шкуры.

«Я приду за тобой сегодня ночью. Спи в сторонке от сестры и тетки. Пора тебе познакомиться с моими друзьями».

Тали снились кролики, когда кто-то потряс ее и разбудил. Она чуть не вскрикнула, но крючковатая рука закрыла девочке рот. В свете огня она разглядела бабушкино лицо.

— Идем, — сказала женщина. — Не шуми.

Тали, хотя и напуганная, повиновалась. Ей бы и в голову не пришло перечить старухе, которая была крианой племени.

Тали молча следовала за крианой, пока они не дошли до реки. Тогда Тали испуганно ойкнула. До сих пор она переходила реку только раз, когда все племя отправилось на охоту, да и то Тали висела на спине у тетки, закоченев от ужаса. Стоило слегка ослабить хватку, и течение потянуло девочку прочь, словно голодный зверь, который хотел проглотить добычу. Тетя схватила ее за руку, так что на запястье остались синяки, и вытащила из воды. Тогда Тали была еще меньше, а Ринали сильнее бабушки. Девочка и представить не могла, что можно перейти такую быструю реку в одиночку.

— Тише, — велела бабушка.

Достав мягкую и прочную полосу антилопьей шкуры, одним концом она связала себя с внучкой, а другой прикрепила к длинной кожаной бечевке, которая тянулась через реку. Тали разглядела в лунном свете, что на том берегу бечевка была привязана к толстому стволу ивы.

Женщина начала переходить реку, ловко ступая по полузатопленным камням и удерживая равновесие при помощи палки и антилопьей шкуры. Тали, связанная с бабушкой, вынужденно следовала за ней. Ноги у девочки не доставали до камней, поэтому она с отчаянной решимостью цеплялась за бечевку. Сначала, пока было мелко, она держалась прямо, хотя и увязала в тине. Но когда вода стала глубже, Тали оставалось лишь барахтаться и ползти от камня к камню.

На полпути через реку она увидела мальчика, несколькими годами старше, который стоял рядом с ивой и крепко держал бечевку. Каждый раз, когда Тали падала, он тянул, чтобы ни она, ни бабушка не свалились в воду. После перехода, длившегося как будто целую ночь, Тали преодолела последние несколько шагов.

— Научись плавать, — произнесла старая криана. — Но смелости тебе хватает. По крайней мере начало положено.

Тали отогнала страх. Если бабушка считала ее смелой, она не собиралась трусить. Не говоря больше ни слова, старуха зашагала в заросли. С любопытством взглянув на мальчика, Тали пошла следом.

Через десять минут она уже сидела в жилище крианы, все еще дрожа, хотя старуха и дала ей огромную, теплую медвежью шкуру. Девочка проглотила травяное питье из выдолбленной тыквы и немедленно ожила. Интересно, что бабушка туда положила?

— Хорошо, — сказала женщина, когда Тали допила. — Теперь пойдем.

Они шли почти час, пока не оказались на плоской прогалине, окруженной камнями. Здесь были люди, которых Тали не знала. Они поприветствовали бабушку.

— Это и есть та девочка, Ниа? — нахмурившись, спросила незнакомая женщина. — Она слишком мала.

— Она вырастет, — возразила бабушка.

— К тому времени она разучится разговаривать с животными. Так было со всеми детьми, которых мы находили с тех пор, как умерла Карали.