Дороти Херст - Тайны волков

Давриан улыбнулся:

— Я скажу отцу, что побуду здесь.

Он развернулся, собираясь уйти, потом остановился, потер руки о бедра и снова повернулся к вожаку племени Лин.

— Ты знаешь, Халин, — сказал он негромко и с уважением, — что племя Риан больше не живет по-старому. Мы не слушаем старых криан.

— Я об этом слышал, — ответил Халин. — Мне рассказал мой сын, Тонлин, прежде чем покинуть нас. Поэтому я и предназначил тебя для Тали.

В голосе вожака вновь зазвучал гнев, и он сердито взглянул на Тали, когда упомянул Тонлина.

— Мы дружили с Тонлином, — сказал Давриан. — В память о нем я открою тебе то, что не говорил никому, кроме отца. — Он опустил глаза, как будто смутившись, но, посмотрев снизу, я увидела на лице Давриана улыбку. — Древние говорили со мной — точно так же, как, по словам Тонлина, говорили с ним. Как и ему, они сказали мне, что предназначение человеческого рода — повелевать всем миром. Крианы неправильно поняли завет Древних. Племя Риан больше не повинуется причудам стариков, которые ходят в лес говорить с деревьями. Мы берем то, что принадлежит нам по праву. Равновесие — это сказка, которую придумали крианы, чтобы удержать власть. Пытаясь его поддерживать, мы слабеем и становимся не лучше волков…

Он указал на нас. Его рука была соблазнительно близко от моих зубов.

— Ты дурак, — возразила Тали, отбросив шкуру с лица. Взлохмаченные темные волосы падали ей на глаза. — Если не поддерживать Равновесие, людям нечем будет «повелевать». Ты сам не знаешь, что говоришь.

Давриан покраснел, но не ответил. Он поднял голову и взглянул на Халина.

— Разве другие живые существа делают копья и ножи? Разве они строят укрытия, шьют одежду и владеют огнем? Жить по-старому больше нельзя, Халин! — Он повысил голос, и сразу несколько человек направились к нам. Я узнала Кили — женщину, которая помогала Халину охотиться в Старом Лесу.

Я видела, что вожаку понравились слова юноши.

— Прошу прощения, если говорил слишком горячо, — продолжал Давриан. — Но знай — если ты отдашь мне Тали, она станет крианой, как моя жена, и ничего не потеряет.

Тали глубоко вздохнула, явно собираясь вновь выругать Давриана, но Халин с силой сжал руку девочки. Я видела, что его пальцы оставили алые отпечатки, и с трудом удержалась, чтобы не прыгнуть на человеческого вожака. Тревегг и Аззуен прижались ко мне.

— Спасибо, Давриан, — сказал Халин. — Я обдумаю твои слова.

Давриан кивнул и попытался заглянуть в глаза Тали. Она опустила голову, а ее лицо было скрыто волосами. Давриан потянулся к ней, как будто желая дотронуться, поморщился, развернулся и скрылся в лесу.

Тали вырвала руку из хватки Халина. Тот выпустил девочку.

— Он врет! — воскликнула Тали, глядя на вожака. — Он ходит в лес и курит там сонную траву. Не удивлюсь, если он и впрямь думает, что слышит голоса Древних. Но настоящие крианы постигают Равновесие по-другому.

— Как? — поинтересовался Халин. — Ни ты, ни старуха об этом не говорите.

Тали отбросила волосы с лица и уставилась под ноги. Она не могла рассказать Халину, что крианы общаются с верховными волками.

— Ты ведь знаешь, что надо поддерживать Равновесие, — наконец произнесла она.

— Тали права, Халин, — сказала Кили. До сих пор она держалась поодаль, наблюдая за Халином и Даврианом, а теперь выступила вперед. Рядом стоял высокий сильный самец, судя по всему, очень близкий ей. За их спинами полукругом выстроились еще четверо, своего рода молчаливая поддержка.

— Нельзя просто взять и отказаться от прежних обычаев. И ты нас не заставишь. Твой сын уже попытался.

— И ты со своими друзьями так унижала его, что он ушел, — сквозь зубы проговорил Халин.

— Мы все хотим, чтобы племени Лин жилось хорошо, — негромко ответила Кили. — Но не надо спешить. Мы уважаем тебя как вождя, но не позволим отбросить то, что знали до сих пор. Мы не возражаем, если ты выберешь для Тали мужа по собственному усмотрению — таково твое право, — но племя должно сообща решать, как будет лучше для него. И ты это знаешь.

Она коснулась плеча Халина и отошла вместе со своим спутником. Остальные последовали за ней.

Однажды, когда я была еще щенком, Рууко разозлился на меня и хотел прогнать. Но слишком многие в стае считали, что я способна принести пользу, поэтому ему пришлось смириться с их желанием. Вожак командует лишь в том случае, если остальные согласны подчиняться. У людей, видимо, то же самое.

Халин посмотрел вслед сородичам, потом повернулся к Тали.